Религия Древней Индии

tantric_purusha_wi13.jpg

Содержание

Ведийский период
Ведийская литература
Мир богов Ригведы
Жертвоприношение
Космогония
Календарные праздники. Празднование Нового года (зимний солнцеворот)
Великое жертвоприношение коня – ашвамедха
Обряд обновления священной царской власти – ваджапея
Культ предков
Погребальный обряд и загробные представления
Демонология и колдовство, чародейство
Этика и религия
Брахманизм (VIII-II вв. до н.э.)
Брахманы (тексты)
Законы Ману
Варны и касты
Дхарма
Ашрама

Пантеон брахманизма
Космогония брахманизма
Космогоническое учение о пяти огнях (панча-агнивидья)
Эволюция культа в период брахманизма. Жертвоприношение
Обряд дикша
Гаятри
Культ аскезы – тапас
Упанишады
Брахман и Атман
Ом (а-у-м)
Сансара
Карма
Роль брахманизма в формировании религиозно-философских систем Индии
Заключение
Примечания
Литература

 

Ведийский период

В долине Инда с середины III тыс. до н.э. развивалась цивилизация с центрами в городах Мохенджо-Даро и Хараппа. Потом с севера с обширной равнины в центре континента Евразия вторгся воинственный народ арии. Арии пришли в долину Инда не позже середины II тыс. до н.э. Это индоевропейский народ. Живший до прихода ариев народ назывался dasa –темнокожие люди. Индоарии сооружали из камня алтари и называли их словом vedi. Жертвы богам приносили три раза в день. Арии оберегали свою религию, свои священные тексты. К началу I тыс. до н.э. эти тексты были сведены воедино и получили название “Веды”. Таким образом, древнейший период индийской религии называется ведийским.

Ведийская литература

Веда означает «учение». Священное учение, изложенное в ведах, возникло путем откровения, т.е. имеет, как считают, божественное происхождение, лучше сказать более широко-мистическое. Ведийская литература включает в себя священные песнопения, руководства к совершению богослужебных обрядов, практическую теологию и начала философских построений. Собрание песнопений составляет главную часть в ведах и на индийском языке носит название «мантрас». Все песнопения делятся на следующие части («самгитас – сборники): “Риг-Веда” – книга, содержащая религиозные гимны; “Сама-Веда” – песнопения, тексты; “Яджур-Веда” – молитвенные формулы, употребляемые при жертвоприношениях. Затем следует еще сборник более поздний по времени редакции, но одновременный с предыдущими по содержанию “Атхарва-Веда” – книга магических песен и заклинаний.

Ведийская литература более нового происхождения вся написана прозой и состоит из так называемых «браманас» (брахмàны). В них излагаются всякие обряды при жертвоприношениях, но приводится и много мифологии и теологии. За «браманс» следуют в виде дополнения «араниакас» (араньяки) – «мировоззрения», и наконец «упанишады» – наставления, содержащие древнейшую философию индусов. Далее следуют «сутры», иначе «ведангас» – «члены веды». Они служат руководством для школьного обучения и поэтому изложены в значительно более сжатой форме, чем «браманас» (брахманы). Веды, брахманы, араньяки и упанишады причисляются к откровенной литературе (шрути), из «сутр» лишь немногие относятся к откровенной литературе (шраута-сутрас)[1], большинство же их (смарта-сутрас) отнесено к числу преданий (смрити). В них пишется о домашних обычаях (грихья сутры) и о законоведении (дхарма-сутры). Знаменитое собрание законов Мàну возникло из дхарма-сутр.

Для изучения религии особенным вниманием пользуются Ригведа и Атхарваведа. Самаведа и Яджурваведа носят более технический характер. Не все стихи Ригведы духовного содержания. Многие из этих песен носят мирскую окраску. Например, басни о зверях, песни о конских бегах, о лягушках, поэтические сказки и некоторые совершенно непристойные стихи. Песни Ригведы прежде всего распределены по авторам. Во главе каждой фамилии авторов, сочинителей песен, стоял родоначальник, священный риши[2], имя которого получила вся фамилия и название ее (фамилии) сочинений. Самым знаменитым из этих риши был Васиштха, фамилии которого приписывается седьмая книга Ригведы.

Далее песни распределяются по божеству: во главе всех стоит Агни, после него следует Индра и т.д. Потом песни распределяются по размеру и, наконец, внимание обращается на строфы. Из 10 книг (мàндалас) Ригведы мàндала 2-9 образуют один класс (семейные книги). Из них особого внимания заслуживают седьмая, книга Васиштхи, восьмая и девятая, книги Сомы. Мандала первая и десятая составляют каждая по себе особые отделы. Десятая мандала – книга, содержащая особенно большое количество заклинательных и философских песен, в этом сходна с Атхарваведой. Для ознакомления с историей религии и нравов ведийского времени десятая книга имеет большую важность. Веды в течение столетий были передаваемы устно, а не письменно. Веды созданы были как необходимое условие жертвоприношения, в состав которого они входили первоначально. Кто занимается изучением вед, тот уже этим приносит жертву богам: так, песни Ригведы – все равно, что дар молока, песни Яджурведы – масла, Самаведы – сомы, Атхарваведы – жира. Изучение Веды принадлежит к пяти ежедневным обязанностям: принесение дара животным (кормление птиц), людям (гостеприимство, до подаяния глотка воды), предкам, богам (до связки прутьев) и, наконец, изучение вед. За исполнение этой, пятой, обязанности получают вечную жизнь и соединяются с Брахмой. При изучении вед можно даже пренебречь аскетическими упражнениями, потому что оно не только дает истинное познание, но и все грехи поглощаются в троичной Веде. Все миры покоятся на трех Ведах (Ригведа, Самаведа, Яджурведа). Три же веды заключаются в трех буквах слога ôм (а-у-м) и в гаятри[3] — известной формуле, которую считали «матерью вед». Таким образом веды служат источником всех вещей. Смрити (предание), к которым кроме сутры причисляли законодательные книги, философские афоризмы, итигазы («рассказы о минувшем») и пураны, признавались вытекающими из Веды и предназначенными для судров, женщин, чтобы и они могли найти путь к спасению, между тем как изучение Веды было привилегией мужчин трех чистых каст.

Но уже в Упанишадах – ведийских философских произведениях – ясно выражается мнение, называющее знание вед менее высоким, чем истинное знание, приобретаемое мистическим созерцанием: человек тогда постигает истинную сущность, когда разум его теряет всякую способность ясного различения и тогда изучение Веды не имеет значения. Несмотря на разногласия в понимании значения Вед, все направления единогласно признают их авторитет, за исключением учения, проповедующего такое благочестие (бхакти), при котором изучение Веды теряет всякое значение.

Мир богов Ригведы

Богами изначального мира были àсуры. С рождением мира бытия (sat) и небытия (asat) появились девы, младшие братья асуров. И между ними началась борьба. Например, в начале каждого года один из асуров, бог Вàруна, выступает противником девы Индры. Различие между асурами и девами наиболее ярко там, где Индра противопоставляется Варуне: “Один поражает врагов преимущественно в битвах, другой вечно хранит законы”.

Впоследствии жертвы приносились исключительно девам.

Твàштар (санскр. – «творец»). Создал все формы во вселенной. Индра оттеснил Тваштара на задний план ведического пантеона и мифологии.

Вишвàкарман – мудрый и сильный бог создатель.

Боги Адитьи – сыновья богини Адити [aditi, санс. – «несвязанность»], это группа богов, стоящая на страже вселенского закона rta (читается ритà) – закона кругового движения вселенной, поддерживающего порядок в космосе[4]. «Адитьи сохраняют всё, что идет и что стоит; они суть небесные защитники всего мира; далеко смотрят святые и, охраняя высшее владычество, карают всякое злодеяние» – пишется в ведах.

Вàруна

Величайший из асуров. Главный из àдитьев. Представляется в образе человека. Господствует над всем миром и управляет им, следуя строгим законам. Везде, где есть воды, там Варуна проявляет могущество, в том числе и в теле человека. Он связан с первозданными водами, обитает в глубинах западного океана, связан с луной, магией и действует ночью. Варуна вездесущ, но преимущественно пребывает на западе. Варуна в качестве владыки мира создал порядок природы, но не саму природу. Разделил небо от земли. Проложил путь солнцу. Правит днями. Является основателем морального порядка жизни людей. Установленная им нравственность основана на разделении правды от неправды и на законе неуклонного возмездия. Наказание состоит главным образом в физических бедствиях, особенно в страшной жажде воды (водянка). Это – бог мститель. Варуна всеведущ. Состоит на страже космического закона rta (ритà). При обращении к нему молитва играет наибольшую роль, отодвигая на задний план жертву. Главный атрибут Варуна – веревка, петля, для грешников. Под властью Варуны находятся демоны. В “Ригведе” с Варуной соперничает и оттесняет его Индра.

Митра

Божество мало заметное в ведийской период. Только одна песня посвящена ему исключительно. В других случаях он призывается совместно с Варуной. Имя «Митра» означает по-санскритски «друг» (в Авесте – «союз», «верность»). Его почитают как бога-покровителя, который охраняет верных ему от нужды, болезней, смерти, умножает богатство, дает здоровье, но следует опасаться его гнева, ибо Митра стоит на страже космического закона rta. В противоположность Варуне ассоциирует с днем и белым цветом. Прославляется как бог устанавливающий мир, согласие среди людей, связан с понятием договора. Уступает в значении Варуне. Если Варуна связан с луной, то Митра с солнцем. Митра-Варуна – парное божество. В послеведийском пантеоне роль Митры незначительна.

Небесные боги ведического пантеона (вазус)

Сỳрья (др.-инд. «солнце», мужской род)

Солнечное божество, тождественное с солнцем. Неатропоморфен. Отец Сурьи – бог неба Дьяус, персонифицированное Небо. Мать – Адити. Ушас – жена. Сурья — всевидящее око богов, особенно Митры и Варуна, иногда Агни. Он всезнающий и всевидящий, озирающий весь мир, взирающий на добро и зло. Разгоняет тьму. Исцеляет людей при помощи «медовой» терапии – «мадхувидья». Сурья – дочь Сурьи. В Ригведе Сурье посвящено 10 гимнов, в т.ч. свадебный гимн, в котором описывается свадьба Сурьи и Сомы. Символ Сурьи – рыжий конь и колесничий, на золотой колеснице, мчащийся по пути, который уготовили Адитьи. В ряде случаев функции Сурьи совпадают с Савитаром.

Савитàр (др.-инд. «порождающий»).

Тоже отец Сурьи. Иногда оба  имени обозначают попеременно одно и то же божество, в других случаях отождествляются. Символизирует животворящую силу солнца, «повсюду широко разливает жизнь». В Ригведе ему посвящено 11 гимнов.

Ушас (др.-инд. «утренний свет»).

Божество утренней зари. Ей посвящено 20 гимнов Ригведы. Она – дочь Неба, но в то же время рождена Сурьей. Она любовница своего отца, Сурьи, а также находится в инцестуозном отношении с отцом – Небом, чему придается особое значение в религии индусов. Сопровождает своих братьев Ашвинов; она их обоих избрала себе в мужья и каждое утро спешит к месту свидания. Она не стыдится показывать всему свету свою юную красоту, украшает себя как женщина, желающая нравиться мужчинам. Она является гетерой между богами. Ушас выезжает перед восходом солнца на колеснице, запряженной алыми конями или быками, пробуждает всех, дает жизнь, детей (в частности сыновей). Особо подчеркивается ее руководство певцами, дарует им мастерство.

Ашвùны (др.инд. от ашвин – «обладающий конями» или «рожденный от коня»)

Два бога – близнеца, живущие на небе. В Ригведе им посвящено 54 гимна целиком (по числу упоминаний идут сразу же после Индры, Агни, Сомы). Их отец – Дьяус – Небо. Мать – Ушас. Разбуженные Ушас они в сопровождении Сурьи несутся по небу и прогоняют тьму. Они не только приносят свет и росу, но и разные дары, детей, помогают в битве, исцеляют преимущественно глазные болезни, могут возвратить зрение, дряхлым дают молодость, женщинам возвращают свежесть и красоту, бесплодным дают детей, приводят невесту в объятия жениха, с их помощью дети проявляются на свет живыми и неповрежденными. Ашвины защищают певцов. Связаны с медом (кропят им жертву, везут на колеснице и т.д.) и сòмой. Выступают против злых духов, скупцов, завистников. Нетерпимы к чужим. Из всех божеств ведийского пантеона теснее всего связаны с солярными божествами и, как и последние, принимают участие в браке[5]. Ашвины изображаются юными, подчеркивается их яркость, золотой цвет меда, несколько раз они названы красными. Они украшены гирляндами из лотоса. Они танцоры. Их сравнивают с быками, буйволами, газелями (дикие козы), птицами (орел, гуси) и т.д.

Пушàн (др.-инд., вероятно. «расцветать»).

Божество связанное с солнцем (бог солнечного жара?). Местонахождение его на небе. Пушан родился на высоте и вторично – в глубине, яме. Рождение было в ночи года, в середине ночного часа, на юге; в другой раз он родился в середине года на севере. Два эти положения Пушана (зенит и надир) определяют два направления – низ и верх и вертикаль соединяющую их, символизируемую образом Аджа Экапада, в названии которого скрыто обозначение козла. Козел – священное животное Пушана. Женат на дочери солнца, является послом солнечного Сурьи. Он «повелитель пути», провожает умерших по пути предков. Отсюда связь с богом смерти Ямой и просьбы типа: “Пусть Яма, Пушан защитит нас от смерти”. Путь Пушана приводит в мир космического пространства, поэтому его называют «избавителем», «сыном избавления», «освободителем». Особая сексуальная сила отражена в мотивах инцеста: Пушан – любовник своей сестры и претендует стать женихом своей матери. Пушан связан с Ашвинами, выступающими как его отцы. Для Пушана характерно сочетание небесных и хтонических черт (бог неба и земли) и, соответственно, антропоморфных и териоморфных черт. Пушан часто выезжает вместе с Индрой в маленькой повозке запряженной козлами. Покровитель поэтов. В ритуале Пушан ведет жертвенную лошадь к месту жертвоприношения. Вручает невесту жениху. Портретный образ Пушана: топчущая нога, правая рука, взлохмаченные волосы и борода, беззубость; атрибуты – золотой топор, шило, стрекало, повозка запряженная козлами. Каша – еда Пушана, видимо, из-за отсутствия зубов. Был богом дорог, подобно Гермесу, и также покровитель скота. Бог скотоводов.

Вишну

Вишну столь могущественный впоследствии, стоит в Веде на последнем месте. О его деятельности на небе определенно говорится только то, что он все небо проходит тремя шагами, и ведийская теология отождествляет это с тремя ежедневными стадиями: утром, полднем и вечером – или с тремя формами проявления света: в виде огня, молнии и солнца. Третьим высшим шагом Вишну символизирует единство противоположных половин мироздания.

Ведийские боги воздуха, между небом и землей (рудрас)

Индра

Главный представитель божественной семьи дев. Национальный и самый популярный из ведийских богов. В Ригведе ему посвящено 250 гимнов. Светлорусый (а не темный), с громовой палицей (ваджра) в руке он мечет молнии во все стороны и в качестве бога ветров приносит дождь. Таким образом Индра властитель дождя и плодородия земли. Когда количество влаги удовлетворительно и чувствуется необходимость солнца, он посылает солнце. В то же время Индра покровитель благочестивого воина в битве. Это бог битв, без которого они не могут быть удачными. Функция плодородия распространяется не только на землю. Воинская сила Индры сочетается, по общему правилу, с могучей “мужской” силой, она избыточествует в нем, его прозвище – «истекающий бык», удачно символизирует военную ярость и половое неистовство. Индра много пьет сомы, поэтому часто в опьянении.

Как бог с местопребыванием в воздухе (рудрас), между небом и землей, Индра имеет образ ближе к земному: он груб, склонен к чувственности, свиреп, как воин, невоздержан в пище и питье. Очевидно, так легче понять и простить людей. Индра добрый бог – «единственный бог, милующий людей». Вспыльчивый, но добродушный, его легко уговорить (жертвой, молитвой). Понятно, что Индра враг полового аскетизма. Злейший враг Индры Вритра, змеевидное чудовище, лежит в водах и вместе с тем покоится на горе. Вритра – означает «препятствие», «задержку», дождя, плодородия. Часто он обозначается прозвищем Аги-змея. Другой враг Индры – Сушна, тоже демон бесплодия. Природной деятельностью Индры является борьба и победа в битвах с этими демонами.

Индрани – супруга Индры.

Кутса – возничий Индры, выступающий то как его друг, то как его противник.

Рỳдра (др.-инд. от rud, «ревность»)

Отец Марутов. Злой бог. Персонифицирует ярость, гнев. Ведийский предшественник Шивы. Бог очень древнего происхождения. Принадлежит к числу немногих ведийских богов, которые сохранились до настоящего времени, так как продолжил свое  существование в Шиве. Предание гласит: когда бог Праджàпати совершил кровосмешение со своей дочерью, то боги снесли в кучу все самые старшные вещества бывшие в них, и из этого произошел Рудра. Легенда символизирует то, что является мистическим результатом кровосмесительного брака. Рудра со своей дикой стаей устремляется на землю и поражает ненавистных ему людей. «Живот его черно-синий, а спина красного цвета; темно-синим он покрывает врага, а красным поражает того, кто его ненавидит. В особенности он стоит в близких отношениях к скоту (скотоложство), над которым он властвует и на который, будучи в дурном расположении духа, насылает всевозможные болезни; но так как, будучи умиротворен жертвой, он может и снять болезнь, то поэтому он считается также за врачующего бога. И над людьми он тоже проявляет свою силу посылать болезни и исцеления; над болящим произносится заклинание: «Стрелу, которой Рудра пронзил тебе члены и сердце, мы вытаскиваем теперь у тебя со всех сторон». Раньше Рудру считали богом бури, но Ольденберг доказал, что он есть бог гор и лесов, подобный римскому Фавну и Сильвану. Рудра – яростный убийца, убивает непосредственно и через яд, через лихорадку. Он – «красный вепрь неба». Рудра оргиастичен, окружен зооморфными символами сексуальности. Есть символический миф о превращении Рудры в быка и браке с землей, принявшей облик пятнистой коровы, о рождении 37 сыновей-воинов (марутов), ставших спутниками Индры. К Рудре обращаются с просьбой против половой слабости: « да размножимся мы, о Рудра, через детей». У Рудры спутанные волосы, прекрасные губы, он улыбается как солнце, и свиреп и разрушителен, как зверь. Закономерное единство двух проявлений энергии агрессии: сексуальной и военно-разрушительной. Рудра рассматривается как плод кровосмесительной связи.

Мàруты (или Рудры)

Бурные служители Индры, дикие и неукротимые боги ветров. Маруты сыновья Рудры, злого бога Вед. В чем и просматривается изначальная вера индусов в таинственное единство добра и зла, определяющая на уровне религиозного мировоззрения философское равнодушие к происходящему на земле.

Родаси – жена Марутов, сопровождающая их в походах. Родаси олицетворяет молнию.

Вайю – бог ветра, первым пробующий сому. Тесно связан с Индрой.

Вàта – бог штормового ветра.

Парджàнья (др.-инд. «дождевая туча»)

Бог грозовой тучи и дождя. В Ригведе ему посвящено 3 гимна, а имя его упоминается около 30 раз. Парджанья слабо персонифицирован, часто не отличим от тучи – свидетельство глубокой архаичности. В сопровождении грома и молнии изливает потоки дождя. Приносит мед и молоко. Тесно связан с богом ветра Вата. Функционально близок Индре. Помещает семя не только в растения, но и в коров, лошадей, женщин. Не раз сравнивается с быком или буйволом. Например, буйвол рожденный Парджанья приносит дочь Сурье. Из-за гиперсексуальности Парджанья часто называют отцом. Он отец Сомы. Жена Парджанья – Земля (Атхарваведа). В этом отношении он аналогичен Дьяусу. Парджанья изображают быком или жеребцом, оплодотворяющим семенем все живое на земле. Роль Парджанья позже, в индуистском пантеоне, крайне незначительна по сравнению с древнеиндийской религией.

Небо (Дьяус) и Земля (Притхиви). Это мужское и женское начала, от слияния которых родилась вселенная.

Земные боги

Агни (др.-инд. Agni – «огонь»)

Бог огня. По числу упоминаний в Ригведе стоит рядом с Индрой (200 гимнов). Агни – главный из земных богов. Стоит в центре основного древнеиндийского ритуала. Центральное место в системе богослужения определяется основной функцией Агни – «посредничество между людьми и богами». Агни практически не антропоморфизирован. Об индивидуальном облике Агни почти не говорится в Веде. Божество это вполне отождествляется с своим материальным носителем огнем. Если пишется, что Агни обитает в дереве, то это значит, что из него возникает пламя при трении дерева о дерево.

Из множества ведийских богов Агни выделяется свойством отождествления с другими богами в их большом числе. Например: «Ты, Агни, – Анша[6]. Ты, Агни, – Тваштар[7]. Ты, Агни, – Рудра…». Также и – Митра, Бхарата, Матаришван, Ангирас и т.д. Агни постоянно сравнивается с разными богами, людьми, животными, птицами, предметами. В мифологических сюжетах сквозит мотив: Агни расчленяется, распределяется. Все это многообразие форм единого Агни дало пищу пантеистического толкования Агни как мирового начала, пронизывающего и соединяющего все части мира (упанишады и другие более поздние концепции).

Посредничество между людьми и богами, как основная функция Агни, предстает формой проявления пантеистической, соединительной природы космической стихии огня. Агни отождествляется или объединяется (выступает совместно) не только с божествами неба, воздуха и предметов земли, но и прямо указывается на его ассоциации с Ямой, владыкой царства мертвых. Интеграция трех миров (небесного, земного и подземного) в образе Агни, его тройственная природа символизирована в его троичности: у Агни три жилища, три силы, три языка, три жизни, три света, три головы. Напрашивается аналогия с богом Триглавом балтийских славян, имеющим три головы. И эти три головы символизировали власть триглава над тремя царствами – небом, землей и преисподней (Эббон, Герборд и др.)[8]. У Эббона он назван высшим богом. Трехголовые Геката (Греция), Диана Тривия (Рим) указывают на связь триглавых, трехликих, божеств с ночью и преисподней. Огонь также естественен в ночи. На связь трехликих божеств с ночью и преисподней указывает и Гермес Трисмегист в античности и божества в кельтской мифологии. Хтонический аспект триглавых (трехликих) божеств не препятствует идее власти над тремя мирами. Так, эпитет Тривия[9] римской хтонической Дианы, чьи изображения помещались на перекрестках, толковался также как знак тройной власти Дианы: на небе, земле и под землей. Связь трехглавых божеств, в т.ч. огня (Агни), видна и в том, что их располагают на высотах, холмах (сидах). Так одно из святилищ Дианы – на горе Тифате в Кампании. Костры (огонь) жгут в дни календарных праздников, причем эти священные огни располагают на высотах. Гора, холм даже визуально предстают как соединение миров (вырастает как будто из-под земли). Чтобы закончить аналогию, следует отметить для размышления об Агни тот признак, что Диана Тривия, трехглавая Геката, Гермес Трисмегист связаны или отождествляются (Диана) с луной. И славянская Триглава, храм которой стоял возле Бранденбурга на Гарбургской горе, – женщина с тремя головами – держала в руке половину луны.

Трехголовый Агни – символ соединения неба, земли и подземного мира – превосходит обычное указание о нем, что Агни есть сын неба и земли, что они его родители. Так же и «посредничество между людьми и богами», как основная функция Агни, усложняется, становится трехчленными  в контексте деления на мир неба, мир земли и подземный мир.

В характеристике Агни обычно указывается также, что он соединяет супругов (надо думать, на брачном ложе), говоря при этом, что Агни произошел от трения двух частей дерева, понимаемого как акт зачатия. Возможно, трение деревянных частей при получении огня магически олицетворяет так называемый «священный брак». А огонь “любви”, “добываемый” аналогичным образом, наверное, соединяет супругов. Но по-прежнему остается темной мистическая природа ритуального огня.

Тройственность местопребывания (и месторождения) Агни заключается в том, что он пребывает на небе (огонь солнца, палящий жар, и огонь молний, небесный огонь), среди людей (огонь на земле, огонь людей) и в водах. В каком смысле огонь пребывает в водах и почему он выступает совместно не только с Ямой, но также и с Сомой, рассмотрим ниже в образе Сомы.

Сòма (др.-инд., от su – “выжимать”)

Сома есть божество и одновременно жертвенный божественный напиток «сома» – дар богов и дар богам. Имеет место отождествление с напитком, приготовляемым из стеблей растения Asclepias, имеющего сочный обильный соком стебель. Точно идентифицировать растение не удается. Но известно из Ригведы, что оно растет на горах и имеет эпитет ванаспати («господин леса»). Согласно преданию некогда растение сома было принесено орлом для Ману со скалы, что на высшем небе. Сок выжимаемый из стеблей сомы имеет светло-желтый цвет. Он имеет эпитет «амрита» (amrta, санск. – «бессмертный»). Напиток сомы дарует богам бессмертие и силу для подвигов. Сому жертвовали богам, особенно Индре. Индре, вскормленному сомой, удается пить его с избытком, поэтому он всегда побеждает. Сома почитался как божество, но могущественным божеством он является потому, что боги не могут обойтись без него и, следовательно, должны покоряться жертвователям: как только они услышат звук камней для выжимания сомы, то немедленно являются на место жертвоприношения. Создается впечатление магического принуждения (экзорцизм), когда божества с необходимостью делают то, к чему их призывают. Наиболее часто жертвовали сому Индре, владыке и царю сомы, чтобы он, сошедши на землю, принес дождь. Уже в ведийский период обнаруживается связь Сомы с луной. В брахманах эта связь становится особенно очевидной и Сома превращается в бога Луны, а луна, как известно, в определенном своем фазисе (новолуние) наделяет растения и женщин силой плодородия[10]. Во всяком случае Сома поставлен в тесную связь с Луной. Слово “Сома”, по-санскритски, есть название Луны. Сексуальная сила Сомы символизируется ревущим быком (вряд ли стоит полностью отождествлять этот его символ с ревом грозы и дождя, т.е. с функциями Индры). Эпитеты Сомы, такие как «всевозбуждающий», «возлюбленный», вполне ассоциируют с мифологическими фактами о 27 женах Сомы, дочерях Дакши, о похищение Сомой у своего двоюродного брата Брихаспати его жены Тары, от которой вскоре рождается сын Бдха. Полухтонический аспект Сомы виден не только через связь с Луной. В некоторых текстах Сома прямо отождествляется с Ямой, владыкой царства мертвых. Показательно, что Сома есть дитя Парджаньи, бога грозовой тучи и дождя, ведь жена Парджаньи и, следовательно, мать Сомы – земля. Эта генеалогия проясняет связующую небо и землю функцию Сомы. Недаром Брахма, которого в некоторых текстах также называют отцом Сомы, отдает во власть Сомы небесные планеты, звезды, а на земле растения, жертвоприношения, жрецов и певцов (которым покровительствует). Надо думать, что всемогущество Брахмы не обделило Сому и властью над миром подземным.

В таком контексте женитьба Сомы на дочери Сурьи, бога солнца (о чем пишется в свадебном гимне “Ригведы”), символизирует непростую сущность солярного культа, т.е. культа Солнца, уходящего в определенной своей ипостаси в мир подземный, хтонический, соединяющий Солнце и Луну на смысловой глубине, которая скрывается за банальной мифологической метафорой – «брак Солнца и Луны». Сущность этого космического брака нам не явлена.

В Ригведе Сома по числу упоминаний стоит на третьем месте после Индры и Агни, бога огня. Причем чаще Сома связывается именно с Агни или даже приравнивается к нему. Говорится, что Сома – это огонь в жидком состоянии (Bergaigne). Речь идет, разумеется, о связи на мифологическом уровне, а не в том смысле, когда туземцы называют возбуждающие дух водку, спирт или виски “огненной водой”. Поэтому нужно помнить, что равный Соме священный огонь имеет две ипостаси, две функции: очистительный огонь и огонь в честь демонов и душ умерших (один и тот же огонь!).

Пàрвата (санск. – “гора”) – бог символизирующий гору, персонифицированное божество Гималаев.

Полубоги. Ману – родоначальник людей.

Яма – сын Вивасвата, царь мертвых. Яма – первый смертный, указавший путь на высшее Небо. Впоследствии обожествленный, бессмертный.

Рùши – певцы и поэты, создавшие гимны Ригведы и передававшие их изустно в своих семьях из поколения в поколение. Семеро риши – группа обожествляемых предков, олицетворяемая звездами Большой Медведицы.

Боги-господа ведического пантеона. Брàхманаспати – господин молитвы. Праджàпати – господин потомства. Вастошпати – господин жилья. Кшетрасьяпати – господин поля.

Боги символизирующие явления

Пурамдхи («щедрое пожертвование») – бог щедрых даров и исполнения желаний. Вàрутри («отвратительница зла») – богиня защитница. Вач – божество священной речи. Ниррити – божество гибели. Шраддха – богиня веры, жена бога справедливости Дхармы и мать Камы, бога любви, дочь Дакши. Ида – богиня жертвенного возлияния.

Жертвоприношение

Жрецы

Делению вед соответствовало разделение жрецов по функциям на церемонии обряда жертвоприношения. Во время обряда хòтар (знаток Ригведы) призывал богов, произнося соответствующие гимны. Удгàтар (знаток Самаведы) сопровождал обряд соответствующими песнопениями. Адхаварью´ (знаток Яджурведы), совершал обряд, используя необходимые формулы и заклинания (яджусы). Наблюдатель – браман (брахман) контролировал церемонию в целом. Вероятно, что ему соответствовал жрец-атхàрван (специалист по Атхарваведе, заключавшей в себе искусство колдовства, чародейства), жрец культа огня.

Культ жертвоприношения

Религия Вед с начала до конца есть жертвенная религия. «Жертва – это сердцевина мира». Сами божества в сравнении с жертвой имеют второстепенное значение. Ритуал жертвоприношения подчинял себе молитвенное богослужение, включал молитвы как свою часть, представляя собой все значение богослужения. Атрибуты жертвоприношения: огонь, приготовленная жертва и песнопения. Молитвы (песнопения Ригведы), сопровождающие жертвоприношения редко проникнуты ревностью, благочестием и никогда – смирением. Они направлены на получение внешних благ или на предотвращение опасностей. О благодарности тоже почти не говорится в них, слово «благодарить» вообще отсутствует в ведийском языке. Прагматизм (характерный принцип магизма) окрашивает весь смысл ритуала. То, что просят, выставляя жертвы, надеются получить, подчас просто требуя. «Я тебе, а ты мне» – такова короткая формула ведийской жертвы (Шантепи де ля Соссей).

Искупительные жертвоприношения выражали сильное стремление к очищению от грехов, но выполнялись тоже внешним образом и также механически. Вознаграждение брахмана за совершение обряда называется «дакшина». В ведах дакшане придается мистическое значение.

Жертвенные алтари и огни

Храмов древние арии не строили и жертвоприношения совершали на специально устроенных жертвенных площадках на алтарях. Церемония сооружения некоторых алтарей была необычайно сложной и представляла самостоятельный ритуал. Так сооружение жертвенного алтаря Агни для обряда ашвамèдха называлось обрядом агничаяна и длилось не менее года, включая множество символических действий, повторяющих космогонию. Приносились в жертву пять животных, головы их замуровывались в основание алтаря, а тела бросались в ту самую воду, откуда была взята глина. В ритуальном сосуде все время поддерживался огонь. Алтарь имел форму птицы (символ Агни) с распростертыми крыльями. В центре этого алтаря был «пуп вселенной». На его изготовление шло 10800 кирпичей, причем каждый кирпич имел свое наименование и символическое значение, и закладывали его с заклинаниями и магическими процедурами. Кирпичи уподоблялись дням и ночам.

Более обычными вариантом было сооружение жертвенной площадки с тремя алтарями для возжигания трех священных огней. Наиболее употребительный и первобытный был огонь домохозяина – гархапатья. Он возжигался на круглом алтаре и располагался на западном конце линии прача. На восточном конце линии прача[11] располагался «жертвенный огонь» – ахавания, возжигаемый в честь богов на четырехугольном (квадратном) алтаре[12]. К югу от них помещался третий, полукруглый алтарь на котором располагался «южный огонь» – дакшинагни, возжигаемый в честь душ умерших и демонов.

Огонь домохозяина, гархапатья, – это огонь очага, возжигаемый домохозяином при основании дома. Раз зажженный, этот огонь поддерживался постоянно. Священный огонь был живым – добывался трением дерева о дерево. Огонь очага переносился в священном сосуде к двум остальным алтарям утром и вечером. В течение всей жизни утром и вечером домохозяин должен был изливать на священные огни молоко.

Посреди этих трех огней на площадке делалось углубление – веди, на него клали священную траву – бархис (священную солому), а на нее – жертвоприношение. Это углубление, своеобразное подобие этруро-римского mundus, связано с языческой идеей мировой оси, дерева мира, соединяющего этот и тот миры. О любом алтаре от самого простого до сделанного по обряду агничаяна в Ригведе сказано: «Этот алтарь – крайний предел земли. Эта жертва – пуп вселенной».

Семейные небольшие жертвоприношения

Совершались самим домохозяином. Во время их горит только один огонь. Ритуал состоял в раздувании огня и варении кушаний, которые предлагались божествам. Поэтому жертвоприношения эти назывались «пищевые жертвы» и имели значение небольшое.

Наиболее простой, но очень важной формой жертвоприношения официального характера была огненная жертва (агнихòтра), которая совершалась каждый день утром и вечером. При этом жертвоприношении зажигались 3 огня, перед которыми благоговейно стояли или совершали поклоны. Жертва состояла в принесении сомы или горячего молока, с жидкой кашей. Обряд сохранился в индуизме. От постоянной агнихотра (нитья) отличают совершаемую по желанию (камья). В ведийских ритуальных текстах агнихотре придается мистическое значение.

Общественные жертвоприношения

Если индус принадлежал к первым трем варнам, то он мог совершать и общественные жертвоприношения. Но ввиду сложного ритуала, исполнение его предоставлялось жрецам за счет хозяина жертвы. В обряде жертвоприношения принимали участие жертвователь – хотар (готар), на которого было возложено чтение молитв, певец – удгатар и министрант – адхварью, исполнявший обрядовые действия. Весь процесс жертвоприношения находился под контролем высшего жреца, брамана. Браман должен был знать наизусть весь ритуал (все три веды) и строго следить за исполнением церемоний: мерность шага, положение тела, очередность различных возгласов и пауз молчания, произнесение песнопений и изречений без малейшей ошибки и т.д. и т.п.

Приносящий жертву вместе с женой исполняли обряд освящения (дикша): омовение, пост, воздержание от супружеских сношений; при этом стригли бороду и волосы. При больших жертвоприношениях обряд дикша становился очень сложным, продолжительным и строгим до тех пор, «пока у него останется только кожа на костях». Такая дикша могла продолжаться целый год, при посвящении в варну[13].

Производство жертвоприношения начиналось с приготовления к жертвоприношению. Место совершения жертвоприношения тщательно вычищалось. Воздвигался алтарь и обводился магической охранной бороздой. Особенная важность придавалась устройству очага и добывания огня. Приготовление жертвенных кушаний сопровождалось множеством церемоний, начиная от доения коров и перемалывания зерен до разрезания и жарения жертвенного мяса.

Самая ответственная часть ритуала – выжимание сомы. Стебли вымачивали в воде. Выжимали их с помощью давильных камней. Процеживали через сито из овечьей шерсти. Разбавляли водой. Смешивали с молоком, ячменем и разливали по деревянным сосудам. Приведенный в брожение напиток сомы употребляется как возбуждающий. Но в отличие от суры (хмельного напитка) питье сомы вызывало экстатическое состояние. Главное же в приготовлении сомы именно выжимание само по себе. В выжимании сомы заключалась символика определенного вида магии: подобно тому как живая сома струится через сито из овечьих волос, так и дождь льется из облаков; звук происходящий при выжимании сомы, стекание ее в чан имитирует шум грозы, дождя.

Жертвоприношения в дни ново- и полнолуний, т.е. каждые 14 дней, потому что в лунном месяце двадцать восемь дней. Церемонии совершаемые при этом носили тот же характер, что и при больших жертвоприношениях. Приносили обыкновенно блины, лепешки, лили масло в огонь, устраивали общую трапезу для приносящего жертву и жрецов.

Большие жертвоприношения

Совершались в дни осеннего и весеннего равноденствия, летнего и зимнего солнцестояния, а также при начале дождливого времени[14]. В особенно важные эпохи года, во время обоих солнцестояний и при начале дождливого времени, не довольствовались принесением растительных жертв, а закалывали козла, разрезали его, варили и разделяли между богами и людьми; жирный сальник, как и в остальных культах, приносился исключительно богам.

По форме своей ведийское жертвоприношение имеет целью приобрести расположение богов, в действительности оно является средством распоряжаться ими. Помощь богов есть неизбежное следствие абсолютно точного совершения жертвоприношения. Встречаются такие слова: «Молитва властвует над богами». Или: «Жертвоприносящий преследует Индру как добычу … бог – это колесо, которое певец умеет вертеть»[15]. Одним словом имел место экзорцизм. Такое отношение к богам является следствием зависимости богов от необходимой для них жертвы и таким образом от человека, приносящего жертву. «Боги возрастают от жертвы», они поглощают ее силу. Ведийские боги таким образом тонко-телесны, духовно-телесны, из тонкой духовной материи, т.е. владыки материального мира, но владыки управляемые из-за их вполне материальных (на тончайшем уровне) потребностей. Отсюда чародейский характер ведийских жертвоприношений. Так, вся церемония ежегодного жертвоприношения перед дождливым временем года, с бросанием в огонь карира для получения дождя, представляет вместе с заклинаниями колдовство, посредством которого вызывается дождь. И это не единичный пример. Судя по пристрастию как богов, так и демонов к испарениям сомы, изливаемой в жертвенный огонь, можно видеть, что ведийские жрецы были уверены в специфической «наркозависимости» их богов и демонов. Разница состояла лишь в терминах: колдовством называли то, что в отношении неофициальных демонов или иных таинственных сил, а обрядом жертвоприношения – то, что в отношении богов. Но и разница “богов” и “демонов”, одинаково любящих сому, тоже относительна. Таинственные свойства сомы не являются прерогативой Индии. У индейцев Америки, северных и африканских шаманов – своя “сома”, в Иране хаома.

Человеческие жертвоприношения (пурушамèдха)

Пурушамедха описывается в Яджурведе. На архаической стадии систематически совершались такие жертвоприношения. Текст предписывает “принести в жертву 184 человека различных типов, сословий и каст. Это содействует воспроизведению традиционной структуры общества”.

Космогония

Основополагающий миф ведийской религии – миф о происхождении мира. Вначале была лишь вода – изначальные воды, которые несли в себе семя жизни. Со дна поднялся небольшой комок земли и плавал на поверхности. Затем он расширился и стал горой, началом земли, продолжая держаться на воде. На первом этапе мир, представленный горой, был еще нерасчлененным единством. Не было ни неба, ни земли, ни дня, ни ночи, ни света, ни, строго говоря, тьмы, ни всеобъемлющего противопоставления мужского и женского начал. Особая группа богов, асуры, была связана с этой первой стадией, когда еще нет дифференцированных частей мира, есть абсолютная нерасчлененность – хаос, asat (небытие).

Состояние нерасчлененного единства внезапно кончилось на второй стадии космогонического процесса, начавшейся с рождения бога Индры за пределами изначального мира. Откуда он пришел не сообщается, тексты ничего по этому поводу не говорят. Демиургический (творческий) акт Индры состоит в следующем. Холм, который все еще плавает на изначальных водах, должен быть расколот до основания и вскрыт. Однако в нем заключена значительная сила сопротивления, и героическая борьба Индры направлена против этой силы, обозначаемой словом Vrtra («препятствие, сопротивление») и олицетворяемой драконом Вритрой. Индра должен убить дракона. В этой борьбе Индра одерживает победу. Он убивает дракона, и из холма вырывается жизнь в двух формах – воды и огня. В мифе творения вода представлена 4 реками, струящимися с вершины холма в четырех различных направлениях, а огонь – солнцем, поднимающимся из холма или из вод. Холм теперь уже не плавает. Он обретает опору (как говорят тексты) и начинает расти во все стороны, пока не достигает размеров земли. В то же время он остается центром космоса и “гвоздем”, который прикрепляет землю к своему месту. Вторая часть деяния Индры в том, что он поднял небо, лежавшее до тех пор на земле, а сам функционирует в качестве столба, поддерживающего небо. Далее, когда солнце поднимается на небо, рождается противопоставление света и тьмы, жизни и смерти. Причем, как следует из ведических свидетельств, Индра был только временным исполнителем функции “космического столба” в центре мира, державшего небо и землю врозь, в момент создания мира. В этот момент в образованном упорядоченном космосе, организованном из трех противоположных частей (небо, земля и холм, уходящий основанием под землю), Индра, подобный “космическому столбу” (мировому дереву), не только отделял, но и, с другой точки зрения, соединял их – по принципу «пока отделяю, соединяю» – ведь не отделяя, все рушится и смешивается в хаос. Организованный трехсоставной космос называется в «Ригведе» термином сат, sat (буквально «бытие»).

В то время, когда на поверхности земли появилась жизнь, продолжал существовать и подземный мир с изначальными водами, на которых покоится земля. Он вошел как часть определенным образом организованного, вследствие творческого акта Индры, мира. Асуры были богами изначального мира. Что же стало с ними и с их миром? Борьба Индры с драконом направлена и против асуров. Победа Индры над драконом означала поражение асуров. Девы с Индрой во главе и асуры пришли к взаимному соглашению. Некоторые из асуров, такие как их царь Варуна, переходят на другую сторону и объединяются с девами. Остальные же изгнаны с земли и прячутся в нижнем мире. В древнейшем тексте Ригведы делается различие между асурами, которые стали богами и асурами, которые не являются уже богами. Варуну никогда больше не называют асурой. Этот термин отныне сохранен лишь для изгнанных в подземный мир демонов, чья космогоническая борьба с богами (девами) постоянно продолжается (в текстах). Что же Варуна? Варуна становится «господином изначальных вод». В ведах термин «вòды» обозначал прежде всего и, как правило, изначальные воды, на которых покоилась земля. Именно этими водами стал править Варуна. И эта его функция соответствовала его происхождению в качестве бога первоначального мира. Теперь он пребывал в нижнем мире у корней мирового дерева, вблизи подземных космических вод (или в них). Встает неизбежный вопрос, в каких отношениях находились Варуна и асуры (демоны)? Ответ на этот вопрос дается в Махабхарате, где содержится красочное описание Варуны, восседающего в своем подземном дворце, окруженного асурами-демонами в качестве слуг. Варуна похож на жреца (в одном ведическом рассказе), который публично служил богам (девам), но втайне был священнослужителем асуров (демонов). Итак, асуры не были частью космоса, но продолжали существовать за его границами как постоянная угроза существованию и единству организованного мира. Упорядоченному космосу противостоит мир неоформленной материи àsat, «небытие». Космогонический миф описывает их динамическое соотношение. «В первом периоде богов сат был рожден из асат». Но возникновение организованного космоса не положило конец существованию мира «небытия». Мировой порядок, как его видели ведические индийцы, был неустойчивым равновесием между силами организованного космоса и хаоса, состоянием напряженности и борьбы с ежегодным вторжением асат и асуров в упорядоченный мир девов, сат. Данные Ригведы говорят, что в начале каждого нового года война между асурами и девами возобновлялась. В этот период хаос и асуры возвращались на землю и возобновляли свою борьбу с богами и Варуна опять был соперником Индры. И если в конце ежегодного критического периода, которым являлся переход к новому году, мировой порядок восстанавливался в том же виде, как он был принят с самого начала, то это значит, что Варуна опять, ежегодно, бывал побеждаем Индрой, и им опять надлежало мириться. Вследствие чего порядок сохранялся на весь год. И так повторяется каждый год.

Календарные праздники. Празднование Нового года (зимний солнцеворот).

Новогодние ритуалы воспроизводили символически космогонию, имитировали переход от хаоса к космосу, магически содействуя силам sat в борьбе с силами asat. На социальном уровне она воспроизводилась в соревнованиях, символически повторяющих космическую борьбу. Соперничество включало гонки колесниц, поединки борцов, бойцов, поединки между поэтами, иные (не поэтические) соревнование в слове и др. – все это имитировало сражение Индры и Варуны, sat и asat. По предположению Ф.Б.Я. Кёйпера гимны Ригведы были приурочены к празднованию Нового года для словесных поединков, которые в существе своем были, как и прочие поединки, явлениями религиозного характера.

О возвращении в конце года космоса к своей отправной точке, нерасчлененному, неупорядоченному состоянию хаоса, можно, не имея прямых указаний в ведийской литературе, сделать вывод из таких фактов, как южноиндийский праздник Понгаль (в дни зимнего солнцестояния), в ходе которого недифференцированное состояние мира магически имитируется, воспроизводится, посредством временной отмены всех социальных различий. О такой возможности могут свидетельствовать параллели из других религий. Например, на островах Фиджи устраивается по поводу инициации смерти (обряда умирания) общее празднество, на время которого все правила экзогамии и права собственности отменяются. “Пока длится праздник – спокойно говорят туземцы – мы становимся совсем как свиньи”. Братья и сестры, которые в обычное время не смеют даже прикоснуться друг к другу, ведут себя, как мужья и жены. Ритуальное половое обобществление полностью выражено в местной поговорке, что в это время “у свиней и у женщин нет владельцев”. Это – часть религиозного обряда предков в отдаленном прошлом, и потому и сейчас угодного предкам, от которых зависит жизнь племени (Дж. Томсон).

Люди посредством своих ритуалов стремились помочь Индре в его битве против смерти и тьмы (хаотической неопределенности). Из описания ритуала ваджапея известно, что гонки на колесницах могут иметь ритуальный характер. Ритуальные гонки колесниц имеются в виду в таких фразах Ригведы, как «к нему (т.е. Индре) отовсюду люди взывают о помощи в состязаниях за свет солнца», ведь и Индра, мчащийся на колеснице в битве с асурами, восхваляется как «добывающий солнце». Состязания ради «добывания солнца», о которых пишет Ригведа, могут относиться только к зимнему солнцевороту. Ритуальные акты, в которых люди стремились помочь Индре в его битве, известны из церемонии махаврата, в ходе которой устраивался ритуальный поединок ария (вайшьи) и шудры: они дерутся на белом куске кожи, представляющем солнце. В подобных ситуациях силы подземного мира воплощались социальной группой шудров, а арии представляли Индру и небесных богов. Кроме поединков борцов, бойцов и гонок на колесницах происходили в зале собрания словесные поединки, а также состязание игроков в кости – это конечно магия.

Во время новогодних празднеств воздвигали в честь Индры столб, шест. Ведь Индра в мифе стоял на земле и головой поддерживал небо. В течение нескольких дней, когда он (шест) стоял и ему поклонялись, шест считался тождественным Индре и иногда обозначался его именем. В гимнах Ригведы, относящихся к празднику Нового года, к дереву, воздвигаемому в качестве жертвенного столба, обращаются со словами: «Во время жертвоприношения почитатели богов тебя мажут маслом, о древо, мажут божественным медом. Принеси нам здесь богатство – стоишь ли ты прямо или лежишь в лоне матери земли»[16]. Спустя примерно семь дней шест (столб) вынимали, уносили и бросали в реку – функции бога (Индры), чье имя шест носил, прекращались. Индра победил Вритру («прямо встал он в воздушном пространстве, он швырнул свое оружие во Вритру» – единственное место, где говорится об Индре, что он стоит прямо). Миф закончился – «свежесрубленный жертвенный столб», вырубаемый ежегодно в праздник Нового года в качестве символа жизни, победы над смертью, тьмой (асат), исчерпал эту свою функцию, его убирают. Снова целый год будет светить солнце, литься дожди на землю, требующую влаги, соблюдаться социальный порядок и прочие виды rta (ритà). Новый год – победа солнечного тепла и света, но это временная rta (рита), только на год. Демоны (асуры) были выпущены из недр «холма», разбиты и вновь загнаны, на время, в свое подземное царство, лишенные связи с этим миром.

Прямостоящий свежевырубленный жертвенный столб, как момент взаимодействия миров, имеет место и в славянской масленице. Во всех случаях нельзя, как видим, сводить календарное празднество к способу выражения эмоции радости по поводу усиления активности солнца – здесь имеет место сложное мифологическое содержание.

К космогоническому мифу о творческом акте Индры имеет тесное отношение богиня утренней зари Ушас. Она «из тьмы поднялась милостивая, полная силы», из «крепкого утеса» (т.е. изначального холма, расколотого Индрой). Но Индра породил Агни раньше Ушас и солнца. «Агни просиял перед началом зорь», потому что новый день начинается раньше, чем утро. «Перед началом зорь вверх поднялся мощный Агни, выйдя из тьмы…». Поэтому во время праздника костры горят ночью, перед утром первого дня нового года, и чем они выше тем лучше.

Индра «раскрыл двери, враждебные людям» (расколов скалу). Но и Ушас: «ты раскрыла двери крепкого утеса», «она раскрыла чудовищ мрачную тьму», открыла «двери загона тьмы». На фоне этих высказываний Ригведы о темной стороне Ушас выступает, наверное, эротическая функция Ушас, гетеры богов с характерными для нее инцестуозными связями. Во всяком случае всем известна оргиастичность языческого празднества Нового года, в том числе на параллелях из других религиозных культур. Но уже утром «она (Ушас) затворила вред, затворила безрадостную тьму». С зарей дня Нового года утверждается космический порядок, тьма (асат) побеждена, социально-эротическая анархия прекращается – преисподняя закрыта. Впереди целый год упорядоченного, организованного бытия (сат). И в этом смысле Ушас – уже «подательница богатства», «подательница потомства» и пр. благ. Но то, что порождается Ушас ночью до начала дня Нового года – это асат, хаос, всяких стирание границ социально-этических норм. «То, что Ушас рождает в ночи, — это рождается белый конь в начале дней». Здесь символика ассоциирует с ритуалом жертвоприношения коня, связанного с ритуальным попранием социальных и этических норм.

Великое жертвоприношение коня – ашвамедха

Это «царь жертв». Жертвоприношение это является кульминационным пунктом древнеиндийского культа. В более позднее время в упанишадах связывалось с ашвамедхой сотворение мира из частей коня. Устраивалась по повелению царя при участии всего народа и сопровождалось пышными церемониями, приготовление к которым продолжалось целый год. Освященный купаньем жертвенный конь должен был в это время свободно, по своей воле обходить всю страну, сопровождаемый войском. Правители земель, куда заходил конь, приводились к покорности. Через год по возвращении коня совершалось жертвоприношение. Центральным моментом было удушение коня. Освящение приносящего жертву (т.е. царя) и его жен было очень сложно и имело строго аскетический характер. Конь же являлся не просто жертвой, но и был участником священного брака (кобылы с царем, коня с царицей). Подобный священный брак белой лошади и царя известен у древних кельтов, римлян, тюркских племен[17]. В более раннее время с жертвою коня соединены были человеческие жертвы. Известно, что вместе с жертвой коня они были в большом распространении у других индоевропейцев. В Индии находят более слабые следы их. Но по действенности, сакральной значительности жертвы человек стоял перед конем, далее шли бык, баран, козел и т.д. В космогоническом отношении жертвенное разделение человека на соответствующие части было идеальным магическим соответствием разделению первочеловека, гиганта Пуруши, из частей которого был создан организованный космос. Следовательно, магическая помощь созданию устойчивого, организованного космоса посредством ритуала на социальном уровне осуществлялась расчленением человеческой жертвы, коль скоро они все равно имели место. Конь же был нужен для обретения царем могущества в священном браке и съедании частей жертвенного животного. Дело в том, что бессмертие и силу дающий Сома уподобляется коням: «Когда тебя процеживают, о зрящий, о победный, – твои потоки бегут, словно гордые скакуны», «когда их (потоки) процеживают сквозь сито, они бегут, словно жадные до славы, в бой спешащие скакуны» и т.д. Кроме того, о коне пишется как о «подобном солнцу». Принесенного в жертву коня три жены царя с помощью золотой, серебряной и железной игл делили на три части. Голова – давала духовную энергию, средняя часть – физическую силу, задняя часть соотносилась с плодородием. Немаловажно и то, что ритуальный брак с животным и непристойности жрецов в этот момент в отношении царицы в высшей степени соответствовали на социальном уровне разрушающему порядок асат в космогоническом мифе. Время жертвоприношения коня сопровождалось разгулом. Правитель совершивший этот обряд обретал статус миродержца. Совершивший 100 раз ашвамедху способен низвергнуть Индру и стать царем вселенной[18]. Обретение статуса миродержца (чакравартин) включает и другой обряд, связанный с космогоническим мифом – ваджапея.

Обряд обновления священной царской власти – ваджапея

Обряд ваджапея (букв. «испитие силы или энергии») включал гонку на 17 колесницах, в ней всегда побеждала царская колесница[19]. Во время гонки жрец вращал колесо, насаженное на вкопанный в землю столб. Затем царь восходил по ступеням на жертвенный столб (юпа), касался рукой навершия столба в форме колеса[20], и произносил: «Мы достигли неба», «Мы стали бессмертными». На ритуальных свежевырубленных столбах (шестах) древних славян во время масленицы также часто делалось на верху их колесо; все это потом бросалось в воду или сжигалось, выполнив соединительную функцию – функцию взаимодействия миров. Обряд ваджапея знаменовал начало нового временного цикла под эгидой обновленной сакральной силы царя.

Культ предков

Самой древней жертвой ведийского времени является жертва теням умерших. Обряд состоит в простом кормлении их душ. Жертвоприношение лепешек начинается вечером при южном огне. После того, как проведены борозды для предохранения от демонов, пол окропляется священной водой, устилается сорванной травой и на нем предлагается занять места отцам, дедам и прадедам. Жрец произносит: “Да посетят нас теперь наши быстроумные отцы”. Собственно жертвоприношение совершается самим хозяином жертвы. Он поливает борозду и траву тремя пригоршнями воды для омовения отцов. Затем кладет три лепешки на места политые водой. Затем высказывается желание получить через принесение этих даров долгую жизнь. Потом снова изливается вода, чтобы отцы могли омыться после еды. “Отцы” получают платья, овечью шерсть, благовонные мази. После этого произносятся молитвы: “Да будете вы крепче всех из живущих в том мире, а из живущих в этом мире да буду я самый крепкий”. После этого следует отпущение отцов: “Восстаньте, отцы, и шествуйте вашим прежним таинственным путем, подайте нам богатство и славу…” Потом следует прославление огня очага и просьба к Агни об уничтожении грехов. Лепешки собираются. Одну из них приносящий жертву дает съесть своей жене, для того, чтобы она получила мужской плод. Две остальные бросает в огонь или воду, или отдает их брамину. В целях обряда виден прагматизм в отношении к душам умерших «отцов».

Шраддха – общее название поминальных обрядов, призванных обеспечивать существование умерших предков (питри) в загробном мире. Разновидности шраддхи:

  1. Экоддишта. Покойного кормили рисовыми клецками (пинда) для обретения им нового, «тонкого» тела. В течение 10 дней после кремации в результате кормления “пинда” появлялись последовательно голова, глаза, уши, нос и т.д. На 10й день тело создано. Через полтора месяца (у брахмана на 12й день) особой церемонией отмечалось приобщение покойного к сонму питри, после чего его “кормили” уже не персонально, а в ходе общей Шраддхи для всех “праотцов”.
  2. Парвана – шраддха, совершаемая в дни смены лунных фраз для всех предков трех ближайших поколений.
  3. Маси-шраддха, совершаемая раз в месяц.
  4. Сапиндикарана, совершаемая на 12й день или ровно через год после смерти человека.
  5. Абхьюдайика-шраддха, устраиваемая, чтобы порадовать предков приятной семейной новостью, например о рождении сына, продолжателя рода.
  6. Камья-шраддха, совершаемая, чтобы предки помогли в исполнении конкретного желания.

Устраивать шраддху имел право только старший мужчина в роде. Если мужская линия рода прерывалась, всем предкам рода грозило лишение загробного блаженства. Действия в шраддхе совершаются “наоборот” в сравнении с жертвоприношениями богам: круговое движение производится не по солнцу, а против солнца; жертвенный шнур брахман  надевает через правое, а не через левое плечо; приглашается нечетное, в отличие от нормального – четного, число брахманов и т.д. (исключение составляет абхьюдайика, в ней все совершается так же, как в обычных не заупокойных обрядах). Во всех видах шраддхи употреблялись рисовые клецки. Брахманы принимали угощение и дары, как представители предков. Обряды шраддхи описаны подробно в специальных текстах – шраддхакальпах.

Погребальный обряд и загробные представления

Похороны состояли или в зарытии в землю или в сожжении. Погребение было более первобытным и уже потом заменено на сожжение. Но хотя огонь должен был немедленно уничтожить труп, тем не менее к Агни обращаются с просьбой не наносить вреда покойнику, а землю молили не давить на покойника, чтобы ему было просторное жилище. Таким образом и в пепле жизнь умершего продолжалась. Причем всегда говорится, что человек отправляется к отцам (питарас). Уже из факта жертвоприношений в честь усопших предков можно заключить, что местопребывание души – в подземном мире, так как при призывании души усопших жертвенная еда помещалась в вырытое углубление в земле (яму). Здесь в подземном мире царь мертвых, Яма, первоначально основал свое царство. Согласно Ригведе, он был «первым кто умер» и открыл путь смерти для других. Яму, ставшего владыкой мертвых, сопровождают в качестве его стражей и вестников два четырехглазых пса с широкими ноздрями, которые бродят среди людей и высматривают свою добычу. В ведийские времена Яму молят о долгой жизни и избавлении от смерти. Труп при погребении кладут головой на юг, где находилось царство Ямы (поэтому для культа мертвых служил «южный огонь»). Здесь находится первое жилище отцов, откуда они следят за жизнью своих детей и посылают им помощь и совет.

Древний индус, в отличие от китайцев, освободился от представления о продолжении существования покойника в образе привидения.

Демонология и колдовство, чародейство

В гимнах Веды представлено немало демонов. Гàндхарвы – небесные демоны, стражи сомы, связаны со светом, супруги водяных нимф апсарас. Арбуда – змеевидный демон, побежденный Индрой. Вала (санск. vala – «замыкающий») – скала и демон скалы, скрывающей коров. Шамбара – демон, крепость которого разрушил Индра. Варчин – демон, выступавший против бога вместе с Шамбарой, побежден Индрой. Вьянса (vymsa, санск. – “с расставленными плечами») – демон побежденный Индрой. Дану (danu, санск. – «влага») – демонша, мать Вритры и демонов Данава. Намучи – демон побежденный Индрой. Пани (pani, санск.) – демоны, прячущие коров и богатства ариев. Пипру – демон побежденный Индрой. Шушна – демон засухи, побежденный Индрой. Ракшасы – демоны-оборотни, летающие по ночам, вредящие людям и препятствующие жертвоприношениям.

Общее обозначение демонов – атрин (atrin, санск. – «пожирающий»). Неарийские народы, враги Индры (dasá) – считались демонами.

Тот факт, что один из священных огней, «южный огонь», воздвигался в честь душ умерших и демонов, указывает на то, что культ демонов так близко стоял к служению богам, что уже с давних времен они слились вместе друг с другом. Даже жертвенные алтари для богов и для демонов расположены рядом на одной площадке так, что посреди ее, между огнями делалось одно, общее, углубление в земле – веди, куда клали священную траву – бархис, а на нее жертвоприношение тем и другим. Колдовство, которое часто просвечивает в Ригведе совершенно преобладает в Атхарваведе. Брахман, священнослужитель Атхарваведы (атхарван), самое важное лицо из духовенства[21], изначально был жрецом-чародеем. Его «молитва» имеет смысл заклинания или «волшебного заговора». Это – экзорцизм. Даже в официальной жизни брахман играл роль чародея-гадателя. На войне он удалял дурные предзнаменования и пользовался хорошими и т.п., поэтому он всегда находился при царе. Те немногие части Атхарваведы, которые на сегодня разъяснены, производят впечатление чародейственного культа демонов, таинственные обряды которого проникают и в официальный культ. Неприятель на войне тайно, путем чародейства, лишается силы. Принесение жертв наносит поражение врагам. Действие вражеских жертвоприношений уничтожается колдовством же. Чародейства склоняют природу к благосклонности. Само «сиденье» ритá (rta) находится в нижнем мире (где подземные воды и ночное небо), «спрятано там, где они распрягают коней солнца». Сам Варуна парадоксальный охранитель космического порядка, закона (rta) восседает на подземных, изначальных водах, окруженный демонами-асурами в качестве его слуг.

Все к чему индеец питает страх или от чего стремится избавиться: злые духи, враги, соперники, несчастья, болезни, неудачи – все это устраняется заклинаниями. Все чего он хочет достигнуть, получается с помощью тех же средств, заклятий и жертв на «южном огне». Как для вражды и злобы, так и для достижения любви существовали чудодейственные средства. Волшебные напитки и чародейственные вопросы и ответы дают мужское потомство. Обманутая женщина силой заговоров убивает соперницу. Незамужняя женщина приобретает мужа благодаря чарам своих родителей. Амулеты из бессмертного золота обеспечивают долгую жизнь. Проказа, понос, нарыв или умопомешательство – все излечивается разными заклинаниями и напитками. Сома и камни, которыми его растирают, излечивают желтуху. Даже умирающий может быть снова возвращен к жизни. Заклинания после окончания работы дают богатство, детей, пищу, скот, удачу в делах.

Этика и религия

Хотя ведийская религия теряет в достоинстве вследствие тесного сродства с колдовством, она имела очевидное этическое значение. Семейная жизнь прочно устроена на религиозно-нравственных началах. Брак считался божественным установлением, нарушение его влекло за собой наказание. Целомудрие девушки охранялось. Если у нее не было родственников, то она была на попечении общины, оскорбление ее – тяжкое преступление.

Знаменитое законодательство Индии коренится на религиозной почве ведийского времени. Где рука права не достигает злодея, там действует божеское правосудие.

Но при развитости внешней стороны законодательства и социальных норм сам механизм морального регулирования не был основан на ценности любого другого человека самого по себе, как такового, поскольку он человек. Благочестие основано на гневе богов, но не на любви к богу. Твердо верили, что если, например, нарушительница брака не исповедала бы своей вины перед алтарем, то она непременно подверглась бы большому несчастью. Почему вся мораль и носит внешне формальный характер. Поэтому грех, вместе с чувством вины полностью искупался жертвенными приношениями и искупительными очищениями чисто механического характера. Вина человека может быть смыта водой, сожжена огнем, уничтожена растениями и заговорами, в тяжелых случаях искупительными жертвоприношениями. Когда в Атхарваведе встречается песнь: «Если мы совершили какие-либо злодеяния ведением или неведением, избавьте нас от них вы все, о великодушные боги», «от всего этого избавьте меня, как от пыточного столба» – то это не столько указание на муки совести, или стыда, сколько страх перед наказанием людского суда, от которого могут избавить боги, и перед наказанием со стороны самих богов. Это мы видим в образе Варуны, от которого ничто не ускользает и который везде отправляет правосудие. То же самое мы видели в религиозной культуре Древней Месопотамии, в разных культурах индоевропейского язычества.

Таким образом нравственная заслуга язычества не поднялась выше факта осознания греховности нарушения социальных норм и развития определенной степени гуманности, например, учащающаяся в Древней Индии замена сожжения вдов вместе с умершим мужем соответствующим символическим действием; так же и с человеческими жертвоприношениями. Но все это результат не положительного развития язычества, а его вынужденного ослабления, и противоположно язычеству самому по себе, как самобытному язычеству. Самосожжение вдов (сати)[22] совершалось не просто из любви к мужу или совестливого долга преданности мужу. Действовал обычай и страх перед богами за неисполнение обычая. Да и ссылки на него в ведической литературе единичны.

Брахманизм (VIII-II вв. до н.э.)

Дальнейшим развитием ведической религии (в период становления раннего рабовладения) было усиление роли жрецов-брахманов. Если в первом ведийском периоде истории религии Индии практически отсутствует упоминание о храмах или жрецах, то во втором, брахманском, периоде по мере перехода от примитивного совместного культа племенных богов к более развитому, централизованному культу сложившегося государства на жрецов-брахманов возлагаются сложные функции храмового культа. Новые высокие обязанности способствуют выделению жрецов-брахманов в особый слой в общем процессе резкого расслоения общества при установлении централизованного государственного строя. Необходимость выработки единого верховного культа потребовала от жрецов-брахманов углубленного осмысления ведийского литературного наследия.

Брахманы (тексты)

Усилиями жрецов-брахманов в поздневедический период (800-600 гг. до н.э.) были составлены так называемые «брахманы» [23] – прозаические тексты, содержащие ритуальные и мифологические пояснения и комментарии ко всем четырем видам. Время составления брахманов практически совпадают со временем канонизации всех вед. Естественно, что именно жрецы (брахманы) комментировали веды.

Каждая самхит имела свои собственные брахманы. Ригведа – Айтарею и Каушитаки. Самаведа – Панчавимшу и Джайминию; Черная Яджурведа — Тайттирию; Белая Яджурведа – Шатапатху; Атхарваведа – Гопатху. Так как жрецы имели специализацию, каждая группа их комментировала свою веду.

Законы Ману

Законы Мàну (санскр. Манавадхармашастра) – др. инд. сборник наставлений. В нем отражены догматика и идеология брахманизма. Законы Ману приписываются мифическому, полубожественному предку людей. В ведийской традиции Ману сын Вивасвата (солярного божества) и брат Ямы. Ману – первый человек живший на земле и царь людей, а Яма первый человек, который умер, и царь умерших. Законы Ману написаны на санскрите, содержат 2650 двустиший, разбитых на 12 глав. Содержатся представления о происхождении Вселенной, общества, сословий (варн), правил обыденной жизни, культовые предписания, наставления об обязанностях членов варн, семейных отношениях, государственном управлении, судопроизводстве, предписания о покаянии и ритуальном очищении и др.

Варны и касты

Если уже в Ригведе нельзя не заметить следов сословности, то в новом периоде религии Древней Индии – в эпоху расцвета брахманизма – разделение общества на социальные категории проводится с величайшей тщательностью и вниманием. Варны (буквально «цвет») складываются как – основные социальные категории. Варны четыре: брахманы (брамины), кшатрии, вайшьи (ваисьи) и шудры (судры). Касты — профессиональные группы в пределах более крупного разделения общества на варны. В наше время касты называются “джати”.

Основы кастового строя закреплены в Законах Ману.

Брахманы – сословие жрецов – произошли из головы Брахмы. Они изучают веды. Обучают учеников священным текстам. Совершают жертвоприношения. Занимаются раздачей милостыни.

Кшатрии – сословие воинов, в т.ч. князья и цари. Кшатрии созданы из рук Брахмы. Их деятельность: изучение Вед, жертвоприношения, раздача милостыни, даров и специфическая деятельность – охрана подданных.

Вайшьи – сословие земледельцев, ремесленников, торговцев, т.е. свободное население, имеющее свою собственность. Вайшьи созданы из бедер Брахмы (половая сфера, нижняя часть туловища). В дополнение к изучению Вед, жертвоприношениям и раздаче милостыни занимаются земледелием, скотоводством, торговлей и всевозможным ремеслом.

Шудры – слуги и рабы, не имеющие своей собственности и свободы. Шудры созданы из ног Брахмы. Их обязанность служить трем благородным кастам.

Три господствующие варны назывались «дваждырожденные».

Каждой касте были свойственны свои особые божества. Индра являлся богом преимущественно кшатриев. Рудра-ваисий, причем скотоводы поклонялись Пушану. Жрецы тоже имели свои особые кастовые божества. У шудр не было своего культа богов.

Каждая варна имеет свою дхарму. Понятие «дхармы» пришло на смену архаического, ранневедийского понятия «Рита» – космического закона, космического порядка.

Дхарма

Дхарма (санскр.) – совокупность гражданских, этических и культурных требований, образ жизни освященный богами и различный для различных варн и каст. Иначе говоря, дхарма – религиозный и нравственный долг индуса, основанный на его социальном положении, профессии, образовании и возрасте. Обязанности членов варн изложены в законах Ману (санскр. Манавадхармашастра). Дхарма-шастры – это книги обычного права, связанные с социальным поведением, заповеди правильного поведения (в широком значении к ним причисляются ведийские учебники дхармы – дхарма-сутры, а в узком значении под дхарма-шустрами имеются в виду лишь более поздние произведения первой половины 1 тысячелетия нашей эры).

Невыполнение дхармы членом варны рассматривается как нарушение Санта Дхармы – извечного вселенского порядка вещей, извечного закона. Санта Дхарма – это не вербальная формулировка правил поведения, а объективная невидимая реальная действительность. Дхарма олицетворяется персонифицированным богом справедливости. Дхарма в мифах либо сын Бхармы, либо сын Атри, величайшего мудреца, создателя многих гимнов Ригведы. В эпосе Атри один из сыновей Праджàпати, позже – Брахмы, родился из мысли Брахмы. Невыполнение дхармы наказывается исключением из варны. Возврат в варну возможен только после строгого очищения (дикши). Переход из варны в варну запрещен. Матримониальный (лат. «брачный») закон не допускает смешанные браки, т.е. браки представителей разных варн. Дети от смешанных браков — дети тяжкого греха, нарушения Санта Дхармы. Они входят в разряд «неприкасаемых» – бесправных, отверженных («пàрия», тамильск.).

Ашрама

В законах Ману закреплены четыре периода жизни брахмана. Каждая ступень имеет название ашрама[24]. 1й этап. Брахмачарин. Брахмачрин (ученик-брахман) – это тот, кто прошел обряд посвящения и встал на путь ученичества – изучения вед под руководством какого-нибудь учителя. Обряд посвящения, заканчивался надеванием брахманского шнура, который с этого момента носился постоянно. Прошедший обряд назывался двиджа («дваждырожденный»), потому что в ритуале происходило некое духовное перерождение. Уже с 7 лет, став «двиджа», мальчик-брахмачарин отправлялся к учителю и здесь целые дни проводил в учебных занятиях, постоянно повторяя пройденное, усваивая таким образом по частям Веду. По истечении учебного времени ученику брили голову (только на темени оставлялась одна косичка), и он покидал учителя[25].

2й этап. Грихастха («домохозяин»). Теперь посвященный в брахманы должен выполнить «обязанность относительно отцов», т.е. произвести сыновей. Одновременно он начинает действовать в качестве жертвоприносителя, т.е. жреца. Таким образом, брахманам не вменялась заповедь целомудрия.

3й этап. Ванапрастха. Вырастив детей, т.е. «дождавшись детей своих детей», брахман удаляется от суеты мирской жизни в лесную глушь. Ванапрастха означает «лесной обитатель», пустынник. Жену свою он может по желанию взять с собой или оставить. Жизнь в лесу состоит в философском размышлении о ведах, в т.ч. о жертвоприношениях, которому таким образом придется большее достоинство, чем проведение самих жертвоприношений. Степень аскета обычно откладывалась до старческого возраста.

4й этап. Санньясин. Это – другая стадия отречения от мира, доводящая аскетизм до высшей степени. Бывший брахман, уже лесной отшельник, теперь становился бездомным, бродячим аскетом-странником, отказавшимся от имени, семьи, имущества, отдав всю жизнь медитации, с тем чтобы достичь освобождения (мокши).

Таковы четыре этапа жизни брахмана (четыре «ашрама»). Каждой «ашрама» соответствовал свой строй жизни, поведения, в соответствии с Законами Ману. Брахмачарья несет послушание (выполняет работы для учителя, гуру) и смирение: «В присутствии гуру надо всегда есть меньше, чем он, носить худшую одежду и украшения, полагается раньше его вставить с постели и позже ложиться. Нельзя ни отвечать, ни разговаривать с ним лежа, сидя, принимая пищу, стоя или отвернувшись». Чтение также отличалось по ступеням. Брахмачарин читает веды. Брахман (жрец и отец семейства) – брахманы. Лесной отшельник, Ванапрастха, – араньяки. Санньясин, странствующий аскет, – упанишады.

Для представителей других господствующих каст (кшатриев, вайшьев) число этапов духовного совершенствования сокращалось до трех, так как этап жреца (брахмана) являлся наследственным, им мог быть только сын жреца. С другой стороны, сами жрецы-брахманы не всегда становились отшельниками.

Пантеон брахманизма

Тексты Ригведы показывают, что ведийский пантеизм чреват поисками одного бога, который соединил бы все функции других богов, будучи единственным всемогущим создателем мира. Брахманизм выдвинул в качестве высшего божества, творца мира Брахму, но это произошло не сразу. В ведах Брахма как бог-создатель вселенной отсутствует. Но эти функции уже отмечены у Праджàпати в Ригведе (X, 21). Далее Праджапати стал главным божеством и центральной фигурой в текстах брахманов («Владыка порождений», «Хозяин существ»). В относительно поздних текстах Праджапати отождествляется уже с Брахмой. Причем за Брахмой сохраняется эпитет “Праджапати” («владыка сущего», «перворожденный»). Брахму изображают красным, лотосооким, с бородой, у него четыре лица, четыре тела и восемь рук, в которых четыре веды, жезл, сосуд с водой из Ганга, жертвенная ложка, жемчужное ожерелье, лук, иногда цветок лотоса.

В пантеон включаются новые боги. Полагают, что это боги неарийского происхождения. Характерно, что среди них значительное место занимают богини, добрые или злые[26]. Новые боги носят абстрактно отвлеченный характер. Это божества-понятия, божества-категории, что вытекает из «пути познания», из стремления философски осмыслить эмпирическую действительность вед – новой тенденции, присущей брахманизму. Эти новые боги: Вèна, из которого все возникает, все в него погружается; Калà (время); Скамбха (жизнь); Кàма (любовь, сексуальная практика). Сексуальная практика, из которой позднее разовьется тантризм, – неизбежный спутник сильной магии, ее специфическая форма.

В поздневедический период среди этих божеств-понятий на первое место выдвигается Брахман-абсолют.

Космогония брахманизма

Космогония – одно из самых любимых размышлений брахманов. Ставятся вопросы о причинах возникновения мира и его основах. Делается попытка религиозного переосмысления акта творения. Жрецов-брахманов не удовлетворяет архаический миф, излагающий происхождение мира как результат героического деяния Индры, убившего Вритру, и расколовшего скалу-первохолм. Создаются три мифа о творении.

1-й миф. В начале книги законов Ману творение мира излагается следующим образом: «Непостижимый, неисповедимый, превечный и т.д. побуждаемый своим стремлением, возжелал произвести из себя различные существа; тогда прежде всего он создал воду и положил в нее зародыш. Семя это превратилось в золотое яйцо[27], сиявшее подобно солнцу, в котором он сам, отец всех миров, родился в образе Брахмы. Созданный этой первой причиной, непостижимый и превечный, одновременно существующий и несуществующий, гумункул этот (Пуруша) сделался в мире известным под именем Брахмы. Он, высочайший, провел целый год в золотом яйце и затем разделил его одною своею мыслью на две части. Из двух половин скорлупы образовал он небо и землю, а между ними поместил воздушное пространство, восемь стран света и постоянное вместилище для воды».

2-й миф. Наряду с рассказом о возникновении вселенной из воды, существует и другой, повествующий о происхождении всех существ (см. Брад-Араниака-Упанишад). Вначале существовало «это само» (вроде духа, Пуруша). Оглядевшись, оно не нашло ничего другого, кроме себя, и пожелало иметь другого. Тогда произошло нечто подобное мужчине и женщине, муж соединился с женой и таким образом произошли люди. Потом она обращается в корову, а он в быка. Бык совокупляется с коровой, и они производят рогатый скот. Она превращается в кобылу, а он в жеребца, снова совокупляются и производят однокопытных животных и т.д., вплоть до муравьев. После этого оно («это само») вызывает огонь и сому, и наконец создает богов. Этому философскому сказанию соответствует архаический миф в Ригведе о Праджàпати, воспылавшем страстью к своей дочери Ушас, утренней заре, вследствие чего из семени произошел весь мир.

3-й миф. Происхождение мира и существ трактуется также как результат обряда жертвоприношения, совершенного создателем мира. Уже в Ригведе есть гимн, посвященный этой теме, в котором говорится о Пỳруше – первочеловеке, из которго возникли элементы космоса, вселенская душа, “Я”. «Когда боги, желая сделать жертвенное возлияние, приготовили жертву из Пуруши, то жертвенным маслом была весна, дровами лето, жертвенным возлиянием осень. Из этой всеподающей жертвы произошли песни Риг и Сама, из нее же возникли метры и Яджус, из нее же произошли лошади и все животные, снабженные двумя рядами зубов, из нее же возникли рогатый скот, овцы и козы. Когда они разрезали Пурушу – насколько частей они разделили его? Во что превратился его рот, как стали называться его руки, бедра и ноги? Рот его сделался Брахманом, из рук его произошли Раджании (кшатрии – С.С.), из бедер – Вайсии, а из ног Судры. Месяц возник из ума, солнце из глаза, изо рта произошли Индра и Агни, а из дыхания – Вайу. Из пупа сделалось воздушное пространство, из головы образовалось небо, из ног – земля, из ушей – страны света; так были сотворены миры» (Ригведа X, 90). Здесь отчетливо прослежывается структура жертвоприношения. А также соответствие частей человека, частей социума (общества) и частей макрокосмоса, т.е. микро-, средне- и макроуровня. например: голова – варна брахманов – небо; ноги – судры – земля. Поскольку голова есть прежде всего ум, то: ум – брахманы – месяц[28]. А также многие иные эзотерические соответствия. Из этого становится ясной неумолимая, величайшая тщательность в исполнении ритуала – ведь не поздоровится, например, луне, варне брахманов, кшатриев и т.д. из-за малейшего нарушения обряда жертвоприношения. При сдвиге культа при брахманизме в сторону усиления магичности такое воззрение является тем более закономерным. При брахманизме Пуруша ассоциировал с Праджапати, а через него с Брахмой.

Космогония в брахманизме получила циклический характер с введением в ее идеи мировой катастрофы – пралаи, за нарушение закона дхармы.

Космогоническое учение о пяти огнях (панча-агнивидья)

Это учение содержится в тексте «Брихадараньяки – упанишады» и др. Пять огней суть следующие. 1). Тот мир – это жертвенный огонь, Солнце – его пламя, страны света – угли, промежуточные стороны – искры. На этом огне боги совершают приношение веры, из этого приношения возникает царь Сома. 2). Парджàнья (грозовой ливень) – это огонь, год – его топливо, облака – дым, молния – пламя, удары громы – угли, град – искры, на этом огне боги совершают приношение царя Сома; из этого приношения возникает дождь. 3). Этот мир – огонь, земля – его топливо, огонь – дым, ночь – пламя, луна – угли, звезды – искры; на этом огне боги совершают приношение дождя; из этого приношения возникает пища. 4). Мужчина – это огонь, открытый рот – его топливо, дыхание – дым, речь – пламя, глаз – угли, ухо – искры; на этом огне боги совершают приношение пищи; из этого приношения возникает семя. 5). Женщина – это огонь, лоно – его топливо, соблазнительная речь – дым, детородные части – пламя, введение внутрь – угли, наслаждение – искры; на этом огне боги совершают приношение семени; из этого приношения возникает зародыш. Он живет, сколько живет, когда же он умирает, его несут к погребальному костру; его (костра) огонь и есть огонь, топливо – топливо, дым – дым, пламя – пламя, угли – угли, искры – искры. На этом огне боги совершают приношение человека, из этого приношения возникает человек, имеющий цвет сияния…

Из текста видим, что все начинается с жертвенного огня, являющегося обрядом веры; в результате обряда призывается, «возникает», царь Сома (бог Сома). Благодаря Соме возникает дождь. Благодаря дождю земля производит пищу. Мужчина, употребляя пищу, производит семя. Благодаря женщине из семени возникает зародыш. Из зародыша развивается человек, живет и умирает. На погребальном костре душа освобождается от грубой плоти и душа (собственно сам человек) оказывается частью сияющего духовного пространства. Далее освобожденное от тела “Я” (Атман) – «сияющий человек» – снова воплощается в реинкарнации на землю, цикл повторяется.

Ясно, что без жертвенного огня, без ритуала жертвоприношения, не может начаться жизненный цикл, а окончится немедленно. В этой вере источник необычайно усердного по сравнению с другими религиями культа древних индийцев.

Из текста явствует и то, что «огонь» – это одушевленная субстанция, эзотерически связывающая «тот мир», «землю», «солнце», «луну», «звезды», «мужчину» и «женщину», «страны света», «речь» и «слух», «глаза», «дыхание», атмосферные явления, половой акт. Космический огонь воплощает соединение земного мира и того мира, тождество макро- и микрокосмоса (человека), связь земледельческого плодородия и ритуального полового акта. И только огонь простого, погребального в данном случае, костра – это просто физический огонь, в то время как жертвенный огонь, в который изливают сому, есть огонь одухотворенный, божественный.

Эволюция культа в период брахманизма. Жертвоприношение

На первый план здесь выходит магия и соответственно казуистически точное исполнение ритуала жертвоприношения. По самой сути магии, только в этом случае результат повторяется с необходимостью. Теперь ритуал не вероятностный обмен благами бога и человека, а безотказный инструмент магического воздействия на богов, подчинения их воле человека.

Богам больше не приносят кровавые жертвоприношения, кровь – «пищу богов» – заменила магия заклятий, чародейство. Жертвоприношения принимают символический характер, присущий имитационной ассоциации идей в процессе магии. Заменен даже обряд возлияния сомы. Эквивалентном священного напитка сомы стала горстка вареного риса, в которую капали масло и топленое молоко. Понятно, что такая замена возможна при воздействии чрезвычайно сильной магии, подобно случаю с египетскими ушебти.

Ассоциация Праджапати с Пурушей в период брахманизма резко усилила значение жертвоприношения, его космическое измерение. Космическое жертвоприношение стало более требовательным прототипом, ибо его совершал верховный бог («Владыка существ»). Причем совершал в этико-призывной форме – путем самопожертвования, добровольного распятия, так сказать, самораспятия. Кому посвящалась жертва, кто осуществлял заклание и кто был жертвой – все это слилось в одном лице. Космогоническое значение мир сотворяющего жертвоприношения, умноженное на божественный статус его, настолько превысило космическое значение архаического ритуального мифа о борьбе Индры с Вритрой, что глухое противостояние брахманов-жертвоприносителей и кшатриев, сторонников ритуальных состязаний (колесниц, бойцов, певцов и т.д.), воспроизводящих миф космического творения, закончилось абсолютным космотворящим статусом жертвоприношения и обожествленным статусом жрецов. В брахмане Шатапатха сказано: “Есть два вида богов – те, что являются богами, и те, что поют славящие их гимны. Между ними следует разделить жертву: богам – жертвенные дары, а человеческим богам – ученым брахманам – награду”. В мифе о Пуруше есть следующее основание для этого комментария: «изо рта произошли Индра и Агни» – а рот, как известно, принадлежит голове, соответсвующей в свою очередь варне брахманов.

Гигантская роль космовоспроизводящего жертвоприношения[29] обусловила исключительное, доминирующее положение жрецов-брахманов в обществе. Возможно, это было социальным аспектом целей, ради которых разрабатывалась вероучение брахманизма. Так или иначе, но ассоциация Пуруши с Праджапати, а впоследствии с Брахмой в совокупности с текстами, посвященными жертвоприношению Пуруши, не только реконструирует базовый обряд жертвоприношения человека, расчленения его на части в соответствии с элементами общества и космоса, но и показывает монопольное значение человеческого жертвоприношения в действительно экстремальные моменты жизни (экологической, социальной или культовой). Замена в Упанишадах человеческой жертвы конем, вторым по значению культовым животным после человека, не эквивалентная в силу того именно, что конь – второе по значению животное. Этого кардинального факта не отменяют и написания о том, что видоизменяется практика жертвоприношения, что отменяются кровавые жертвы, потому что огромную магическую силу имеет правильное исполнение ритуала и заклятия, что жертвоприношения принимают символический характер[30]. Вегетарианско-символический характер жертвоприношений и магия не способны отменить божественное установление Яджурведы. Требуется смена вероучительного догмата. Сама практика показывает, что бывает, когда части принесенного в жертву человека развешаны по деревьям возле храмов и в священных лесах, как у древних кельтов, или просто в лесах как у нас в настоящее время. Но чтобы были развешаны по воздуху на деревьях, подобно космическому пространству, части коня – такого еще не было слышно. Поэзия типа: яркий глаз коня – это солнце, шелковистая шкура – трава бескрайних просторов и т.д. и т.п., поэзией и остается. Разве что вызовет ассоциации с египетским антропоморфным богом, чьи глаза – солнце и луна. Конь годится только для «ашвамедхи», когда главная царица ложилась рядом с удушенным конем под покрывало и производила (“имитировала”) совокупление с ним, параллели чему усматриваются в обрядности кельтов, римлян, тюркских племен Алтая. Приношение в жертву коня (ашвамедха) и приношение в жертву человека вполне совмещаются, так же как приношение в жертву коровы происходит одновременно с жертвоприношением священной корове.

Чрезвычайно большое значение жертвоприношения, а через это и высокое положение жрецов-браманов, подкреплялось догматом, что долголетие, которое так любили и молили о нем индусы, напрямую зависит от пищи. Пища долголетия и даже бессмертия – это жертвенная еда, ритуальное съедание принесенной жертвы.

Обряд дикша

В период брахманизма был разработан обряд дикша – очистительный обряд посвящения, которому подвергается жертвователь (яджамана). Чрезвычайно строгий пост, аскеза, с последующим жертвоприношением сомы. Строгость обряда распространялась до пределов «пока жертвоприносящий не похудеет». После жертвоприношения посвящаемый становится «дваждырожденный» (двиджа). Этот обряд второго, духовного, рождения проходили, как посвящение, представители всех трех господствующих варн. На левое плечо накладывался священный шнур, его пропускали под правую руку и носили в течение всей жизни. Цвет шнура соответствовал варне. Возможно с этим связан термин “варна” (букв. «цвет»), а не только с различием цвета кожи у ариев и аборигенов (dasa). Самая строгая и продолжительная дикша была у варны жрецов-брахманов. Судры не имели посвящения и шнура. Второе (духовное) рождение сочеталось со стимуляцией плодородия. Поэтому в символике сочетались мотивы соития и «эмбрионального состояния», «нового рождения».

Гаятри (Савитри)

Гаятри – название мантры, части гимна «Ригведы», которую брахман должен мысленно повторять во время утренней и вечерней молитвы: «Мы хотели встретить этот желанный блеск бога Савитара, который должен поощрять наши поэтические мысли». Эта мантра считается «матерью Вед». Савитар (Побудитель) – бог, в «Ригведе» олицетворяющий животворящую силу солнца, отец солнечной девы Сурьи. Дарует людям долгую жизнь, богам бессмертие. Савитри имеет также значение богини, в которой персонифицируется мантра Гаятри (Савитри). Гаятри (Савитри), может произноситься только дважды рожденными.

Культ аскезы – тапас

Тàпас (др.-инд. буквально «жар», «пыл», «мучение» и т.п.) – в древнеиндийской мифологии универсальный космогонический принцип, определяют его как космический жар. Тапас в этом значении ассоциирует с Манью – божеством гнева в ведийской мифологии, который выступает как персонифицированный гнев, прежде всего Индры, убивающего Вритру. Манью называют убийцей Вритры и дасью, убийцей врагов[31], носителем ваджры[32]. Иногда отождествляется с Рудрой, божеством персонифицирующим грозу, ярость, гнев – историческая параллель с яростью Одина (Вотана) и др. В брахманизме Рудру порождает гнев Брахмы. Другое значение тапаса – «мучение», т.е. страдание. Идея аскезы, в основе которой принцип тапаса, ранневедийскому периоду чужда. В брахманизме, когда на первое место в ритуале жертвоприношения выходит магия, исключительную роль стали играть сверхъестественные способности («святость», как принято выражаться). Магическая сила жреца («святость») зависела от того, насколько точно жрец соблюдает аскезу. Чем строже аскеза, тем большей силой обладает аскет-тàпасья. Аскеза стала рассматриваться как сила, способная подчинять богов. Лежанье на неостывшей золе, на гвоздях, длительное голодание – единичные примеры аскезы, порождающей внутренний «космический жар», некое состояние, не известное непосвященным. В практическом отношении тапас вместе с Манью защищает аскетов и убивает их врагов. Стремление к сверхспособностям, приобретению сверхчеловеческого знания, к статусу человекобога, сверхчеловека, стремление к спасению души и определило возникновение в период брахманизма аскетов-тапасья. Санньясины достигали внутреннего состояния космического «жара».

Упанишады

Упанишады – религиозно-философские сочинения периода брахманизма. Упанишады возникли[33] на основе дальнейшей, более тщательной разработки тех мест из комментариев – брахманов и тех араньяков, в которых писалось о сокровенном смысле магии и символики обрядов, жертвоприношений, писалось о тайном значении некоторых понятий и категорий. Поэтому часть наиболее древних и авторитетных упанишад сохранила наименование тех брахман, тексты которых они разрабатывали.

Термин упа-ни-шад дословно означает сидеть возле. То есть ученик (чела) слушает учение, сидя у ног учителя (гуру). Не пишет! Другие значения упанишад: «сокровенное знание» и, соответственно, «тайное заседание». Всего упанишад 150-235, по данным разных исследователей. Наиболее древнейшими и авторитетными из них считаются 10: Айтарея (относится к Ригведе); Кена, Чхандогья (Самоведа);Катха, Тайттирия (Черная Яджурведа); Прашна, Мундака, Мандукья (Атхарваведа). К ним иногда добавляют: Каушитаки, Шветашвару и др.

Упанишады подразделяют на ранние и более поздние, составленные на исходе ведийского периода. Самые ранние упанишады относятся к VIII-VI вв. до н.э. Остальные – к более позднему времени, даже после начала н.э., кончая 14-15 вв. н.э. Основное назначение упанишад – обоснование и развитие брахманизма.

Считается, что ранние упанишады разрабатывались, как и араньяки, отшельниками-аскетами, удалившимися от мира и погрузившимися в умозрительные спекуляции. Причем большинство аскетов были в прошлом брахманами. Нет сомнения, что философия, изложенная в упанишадах, особенно поздних, не является исключительно созданием браманов и аскетов-отшельников и странников. В них есть также результат деятельности военной аристократии, царей, составлявших не только социальное единство со жрецами, но известно и извечное их противостояние из-за прерогативы власти, сакральной и мирской.

В период ранних упанишад оформилось учение о жизненных стадиях (ашрама).

Брахман и Атман

Упанишады, продолжая размышления брахман и араньяк о соотношении космоса и ритуалов, о глубокой сущности символики ритуальных действий, о соотношении космоса и человека, и судьбе его после смерти и т.п., оформили окончательно идею о некоей космической силе, незримой сущности – Брахман. Отвечая на вопрос, что было сначала и определило все, ответ гласил: это – Брахман. В отличие от персонифицированного, антропоморфного Брахмы, Брахман безличностное начало. Брахман не определим, не постижим. «Он есть не то и не это» (нети, нети).

В то же время: «Все, что ни есть, есть Брахман» или «Все есть Брахман… Брахман – впереди. Брахман позади, справа и слева, он простирается вверх и вниз; поистине Брахман – все это, величайшее». «Брахман служил обиталищем для всех существ и обитает во всех существах». «Высочайший Брахман, Душа всего, великий Держатель мира, более тонкий, чем все тонкое, вечно Существующий, то есть ты, то есть ты» (там твам аси).

Из данных высказываний явствует, что Брахман – это невещественная, бестелесная реальность, из которой образуются все вещи, все сущее.

На современном философском языке, Брахман – безличностная Абсолютная Реальность, «духовная» и поэтому не явленная нам в ощущениях сама по себе, непосредственно, а только в виде материальных вещей, которые из нее образованы.

Принцип Брахмана – принцип пантеизма. Наглядно-образно можно сказать, что вещи эманируют из Брахмана, как паутина из паука. Другое важнейшее понятие в упанишадах Атман.

Атман. В ведийской литературе “атман” употребляется как местоимение «я». Атман в упанишадах – это индивидуальное духовное начало в человеке. В соотношении с Брахманом Атман есть личностный аспект его. То есть это тот же Брахман, который эманировал в человека как нить из паука. Атман, будучи тем же Брахманом в человеке, тоже бестелесный, неопределимый (нети, нети).

Брахман и Атман два координальных, основообразующих начала в упанишадах, но каждое из них взятое по отдельности не представляет высшей истины. Высшей истиной является их тождество, точнее, осознание, что Атман (духовное “Я” человека) и Абсолютная объективная Реальность – Брахман – одно и то же. Знание этого – не интеллектуальное. Оно есть особое внутреннее состояние, в котором сознание индивида сливается с Брахманом и таким образом на деле знает, что “Я” и Брахман одно и то же. «Я есть Брахма!» Такое познание дает высшее блаженство. «Тот, кто знает, что он есть Брахман, есть все; и сами боги не могут ему препятствовать». Это познание есть освобождение и спасение. Кто познал это – смерть над тем не властна. Он достигает полного возраста жизни и становится одним из божеств.

Упанишады противополагают «пути деяний» (состоящему в обучении, в домашней жизни и в жертвоприношении) «путь познания». Сами брахманы до определенного возраста шли «путем деяний», а с приближением старости слагали с себя жреческие обязанности и начинали «свое долгое путешествие» («путь познания»), пройдя через испытание голодом, огнем и водой, или же избирали путь странствующего аскета, полностью отрекаясь от жизни согласно учению о соединении с Брахманом.

Поскольку в учении содержится истина, которую нельзя познать в обычном смысле, но дòлжно пережить на опыте, вероятно, практику «пути познания» можно объяснить не только влиянием упанишад, но сами упанишады отразили древнюю практику магического соединения с Брахманом.

Высшего познания и единения с Брахманом человеку можно достичь тогда, «когда исчезнут все желания, живущие в сердце его». Это называется «внутренняя жертва» в противоположность внешней жертве, приносимой в ритуале жертвоприношения. Но, чтобы достичь единения с Брахманом, одного только отречения от жизни недостаточно, требуется также концентрация духа на сверхчувственном. В упанишадах даются детальные инструкции, как практиковаться в упражнениях по концентрации.

Ом (а-у-м)

Огромную роль в погружении в себя и достижении состояния экстаза, когда переживается соединение с Брахманом, играет повторение священного слова «ОМ» (а-у-м). Ом (аум) изначально, в ведическом ритуале, одно из главных возглашений. В принципе оно начинает и завершает любой ритуальный текст. При громком и протяжном произношении-пении создает состояние самопогружения. Стал предметом философских и мистических размышлений в прозаических частях Вед, особенно в упанишадах. Ом – символ Атмана и Брахмана, главная мантра. Ом источник всех звуков и сущность вед. В “Мандукья-упанишаде” толкуется как прошлое, настоящее и будущее; три состояния сознания: явь, греза и сон соответствуют «а»-«у»-«м». Ом произносят в начале и конце значимых дел, в заглавиях традиционных текстов. В раджа-йоге почти беззвучное твержение Ом является одним из важных методов осуществления самадхи. Этот метод называется джапа (бормотание, шептание) – многократное повторение мантры, имени бога. Произнесение мантры, имени бога шепотом наиболее эффективно. Высшая разновидность джапы – в уме. Число повторений варьируется – 10, 18, 28, 108, 1000. Четки – вспомогательное средство для джапы. Изготовляются из пород дерева в зависимости от бога, имя которого повторяется.

Сансара

В упанишадах имеется учение о реинкарнации (сансара, «круговорот»), которое также называют учением о переселении душ (метемпсихоз). В Каушитаки-Брахмана-Упанишад говорится о вторичном рождении: «Все, покидающие этот мир, имеют свое местопребывание на Луне, которая в первую (светлую) половину месяца постоянно увеличивается от их жизненного дыхания; во вторую же (темную) половину месяца она подготовляет их к возрождению. Луна есть дверь, ведущая в небесные обители; кто ей отвечает (на ее вопрос), того она пропускает, а тот, кто не дает ей ответа, низвергается вниз, превращаясь в дождь. Такие люди, соответственно их делам и их знанию, вновь рождаются в виде червя, моли, рыбы, птицы, льва, кабана, дикого осла, тигра, человека или другого какого-либо существа в том или ином состоянии». Это одно из древних мест, где говорится о вторичном рождении. В поэтических гимнах «Ригведы» еще ничего не говорится о цикле рождений для новых существований. В те древние времена люди надеялись, что умершие уходят к богам и их можно время от времени вызывать для кормления и просьб. Поэтому ценился ритуал жертвоприношений и магическое искусство, применяемое в обряде.

Теперь же упанишады выставляют условие: для того, чтобы попасть к богам, нужно знание, чтобы правильно ответить на вопрос Луны.

О чем спрашивает луна? «Когда кто-нибудь появляется на луне, то она спрашивает его: “Кто ты есть?” Тогда он должен ей ответить: “Я есть ты…” Если он так отвечает, луна позволяет ему подняться выше». Потому что только тот может дать такой ответ, кто на «пути познания» достиг единения с Брахманом и поэтому знает: «Все есть Брахман» – и сам он, и луна, и все остальное. Такой человек спасен: достигая высшего блаженства в единении, слиянии с Брахманом, он выпадал из круга перерождений. Остальные переселяются из одного организма в другой. Учение о сансаре рано, уже в Каушитаки-Упанишад, слилось с первобытным учением о возмездии, образовав концепцию кармы.

Карма

Учение о карме («деяние», «поступок») находится в 12-й главе законов Ману, где представлено полное развитие учения о переселении душ. Карма есть производное совокупности всех добрых и дурных дел, совершенных индивидуумом в предыдущих существованиях и определяющих его судьбу в последующих существованиях. Согласно ранним упанишадам «человек становится добрым от доброго деяния, дурным – от дурного». Термин карма употребляется для обозначения процесса воздаяния за совершенные человеком деяния. В законах Ману все грехи разделяются на классы, соответственно которым распределяются виды рождения. Стремление к духовному достоинству проводит к бытию подобному бытию бога. Стремление к могуществу и достатку ведет к возрождению в человеческом виде. Стремление к чувственным наслаждениям приводит к животному бытию. Телесные грехи влекут за собой безжизненное (неодушевленное) бытие, словесные превращают в птицу или животное, мысленные делают членом низшей касты. Формы бытия составляют ряд различных степеней, начиная с камней, насекомых и рыб и переходя через все классы животных, до слонов, лошадей и судр (которые причисляются к животным) и далее до различных демонских существ, которые также служат наказанием за чувственные наслаждения. Далее идет ряд человеческих существ, от игроков и пьяниц до рыцарей и царей. Потом ряд продолжают различные виды духов (гандавры и апсаразы). И, наконец, пустынники, аскеты и брахманы – последняя ступень к божеским существованиям, доходя до Брахмана. Потом следуют конкретные указания: убийца обращается в хищное животное, вор зерен – в крысу, вор мяса – в ястреба, убивший брамана – в собаку или осла; который пьянствует или ворует, обращается в моль или ужа, а всякий оскверняющий брачную постель своего учителя возрождается в виде терновника или волчца или в виде кровожадного животного и т.д.

Все индийские религиозные системы и секты начинаются и заканчиваются желанием: «освободи нас от переселения душ!».

Мокша (мукти) – освобождение души от последовательности рождений и смертей. Освобождение осуществляется через тождество Атмана и Брахмана посредством избавления от авидьи (неведения), т.е. состояния в котором пребывают те, кто не могут отличить Абсолютную Реальность от иллюзорного мира сансары.

Проблемы реинкарнации. Учение реинкарнации представляет спасение мира таким образом, что все существующие в сенсорном (чувственном) мире души, поднимаются благодаря этике поведения от одной формы к другой и далее все выше, достигают наконец наивысшей формы существования и тогда, развив высшее познание, обретают способность к возвращению во “Все – душу” (Брахман). Но в действительности невозможно решить проблему освобождения от телесной субстанции даже и для одного человека. Ведь согласно учению о реинкарнации, людей за греховное поведение ожидает следующее наказание: при повторном рождении они становятся злобными животными. Но каким образом душа, принявшая существование животного, могла бы проявить себя этически, чтобы в следующем рождении подняться на ступеньку выше. Вопрос о спасении души, принявшей существование животного, должно признать неразрешимым. К такому выводу пришел Будда.

Роль брахманизма в формировании религиозно-философских систем Индии

На базе философии упанишад, выделившись из них, возникли философские школы, которые так же древни, как и сами упанишады и постоянно оказывали влияние на ход мыслей последних. Но системы, выработанные этими школами, достигли полного развития в более поздний период.

Древнеиндийская философия называется словом «даршан».

Даршаны делятся на ортодоксальные (признающие авторитет Веды) и неортодоксальные (не признающие Веды). Первые назывались астика. Это 6 так называемых классических систем индийской философии: веданта, миманса, ньяя, вайшешика, йога, санкхья.

Вторые назывались настика. Это бхагаватизм, буддизм и джайнизм.

Возникновение даршан связано с появлением сутр. Сутра – буквально «нить». Сутры – краткие трактаты, в которых в тезисной форме изложены те или иные зарождающиеся собственно философские учения. Датировать сутры трудно.

«Веданта-сутры» («Брахма-сутры»). Приписываются мудрецу по имени Бадараяна (V-II вв. до н.э.).

«Миманса-сутра». Связывается с мудрецом по имени Джаймини.

«Йога-сутры» Патанджали.

«Ньяя-сутра». Создана мыслителем по имени Готама (Гаутама) или Акшапада.

«Вайшешика-сутра». Автор – мудрец по имени Улука, по прозвищу Канада.

«Санкхья-сутра». Автор Капила. Не сохранилась. Древнейший из дошедших до нас текстов – «Санкхья-карика» (III-IV в. н.э.). Автор Ишвар Кришна.

Из шести систем, сложившихся на базе философии упанишад, три второстепенны (ньяя – логика, вайшешика – космология, миманса – ритуал). Другие три (веданта, сакхья и йога) оказали немалое влияние на дальнейшее развитие религий Индии.

Веданта. Исторически первая система этой философии известна из сутр Веданты («Брахма-сутры»), известных под именем Бадараяна. Как и в упанишадах, учение Веданты есть философия тождественности Атман и Брахман, т.е. отождествление Брахмана и души (“Я”). «Я есть Брахма». Это означает, что душа, принадлежащая каждому из нас, не есть часть Брахмана, но она есть вечный, неделимый Брахман во всей его полноте и целостности. Душа – не кусок ограниченный пространством. Если она едина с Брахманом, то она и есть Брахман во всей его полноте. Следовательно, в Брахмане все вещи едины – «Я есть ты».

Различие между материей и духом совершенно оставлены в стороне учением Веданты – в этом особенность ее.

Заключение

Итак, брахманизм – ступень в развитии религии Древней Индии, следующая за первым ведийским периодом и предшествующая собственно индуизму. Названа по имени жреческой варны брахманов и одноименного класса текстов, хронологически и содержательно примыкающих к Ведам (брахманы). Брахманизм сложился в основных чертах в период приблизительно с VIII по II в. до н.э. в двуречье между Джамной и Гангой. Брахманизм основывается на Ведах и обширных комментариях к ним (брахманы, араньяки, упанишады). Основное в брахманизме – учение о варнах, переселении души, выполнении дхармы, создание благоприятной кармы. Цель учения брахманизма спасение, достигаемое слиянием с высшим божеством. Брахманизм признает всех ведических богов. Основу культа составляет жертвоприношение, имеющее космогоническое измерение, а не просто как одна из форм ритуальных процедур.

Примечания

[1] Содержат изложение обрядов шраута, восходящих к шрути и имевших характер коллективных празднеств, особенно «царских жертвоприношений» (помазание на царство, жертвоприношение коня и др.).

[2] Риши отождествляли с питри и даже богами (прежде всего с Агни), почитались сотрапезниками богов. Питри, питары, обожествленные души усопших предков (отцы, праотцы).

[3] Гаятри (санскр. песня) – гимн из Ригведы, восхваляющий бога Солнца, самая известная мантра, подобная по известности молитве «отче наш». Другое значение Гаятри – жена Брахмы и мать четырех Вед и дваждырожденных (т.е. трех высших каст).

[4] Движение по кругу есть непрерывное повторение и поэтому выражает идею постоянства. В то время как иные формы движения есть непрерывна замена другим, т.е. непрерывное изменение – хаос.

[5] Из чего можно заключить о вреде брачной связи ночью, каковое заключение и сделал А. Шопенгауэр.

[6] Божество из адитьев.

[7] Бог демиург, творец всех существ и форм.

[8] Средневековые западно-европейские авторы.

[9] Тривия – «богиня трех дорог».

[10] Новолуние месяца весеннего равноденствия в Индии имело значение при выборе времени для бракосочетания (Миллер В.С. Очерки арийской мифологии. М., 1877).

[11] Прача – линия восток-запад.

[12] В религии Древнего Китая «квадрат» – символ земли.

[13] Ведийское посвящение дикша сочетало два мотива: соитие и новое духовное рождение, – которые вводят посвящаемого в сакральный мир.

[14] Сезон дождей оканчивается к началу октября (по-нашему).

[15] Магическое колесо ассоциирует с магической поэзией и в то же время колесо символизирует божество, дух.

[16] В виде дождя.

[17] Из мифологии известен также ритуальный брак критской царицы и белого быка.

[18] Детальные описания ашвамедхи даны в «Шатапатха-брахмане», «Ваджасанейи-самхите» и «шраута-сутрах».

[19] 17 – священное число ваджапеи: 17 колесниц, 17 жертвенных животных, 17 участников ритуального питья сомы и хмельного напитка и т.д.

[20] Колесо – не только символ солнца, но и магический ритуальный предмет, круг, мандала, на которую медитируют.

[21] Он ведал огнем и сомой.

[22] Сати – добродетельная.

[23] Третье значение термина “брахман” – раннее наименование текста мантры, заклинания, молитвы.

[24] Ашрама – также учение о жизненных стадиях.

[25] Продолжительность обучения была различной и могла колебаться от 12 лет и выше.

[26] В первом ведийском периоде господствовали полностью мужские боги.

[27] Золотое яйцо – хираниагарба.

[28] Жертвоприношения по лунному календарю – в новолуние и полнолуние.

[29] Ритуал пурушамедха – принесение в жертву человека, описывается в «Яджурведе». Текст предписывает «принести в жертву 184 человека различных типов, сословий и каст».

[30] Даже русские славяне-язычники приносили человеческие жертвы в случае тяжелой обстановки.

[31] Дасà или дасью – демоны, враждебные богам, неарийские племена, не почитавшие богов. Дасà – прародитель даса или дасью.

[32] Ваджра – дубина, палица (грома), оружие Индры.

[33] Ранние упанишады возникли в VIII-VI вв. до н.э.

Литература

  1. История религии. В 2-х т. Т. 1. (Под ред. И.Н. Яблокова). М., 2004.
  2. Васильев Л.С. История религий Востока. М., 2004.
  3. Шантепи де ля Соссей. Иллюстрированная история религий. В 2-х т. Т. М., 1995.
  4. История Древнего Востока. Под ред. В.Н. Кузищина. М., 2003.
  5. Васильев Л.С. История Востока: В 2-х т. М., 1993.
  6. Хрестоматия по истории Древнего Востока. (Под ред. М.А. Коростовцева, И.С. Кацнельсона, В.И. Кузищина). Т. 1-2. М., 1980.
  7. Альбедиль М.Ф. Забытая цивилизация в долине Инда. СПб., 1991.
  8. Альбедиль М.Ф. Протоиндийская цивилизация. Очерки культуры. М., 1994.
  9. Атхарваведа. Избранное. М., 1997.
  10. Антология мировой философии: Древний Восток. Мн., М., 2001.
  11. Беттани Б., Дуглас Р. Великие религии Востока: В 2-х ч. Ч. М., 1899.
  12. Бируни А.Р. Индия. М., 1995.
  13. Боги, брахманы, люди. Четыре тысячи лет индуизма. М., 1969.
  14. Бонгард-Левин Г.М. Древнеиндийская цивилизация. М., 2000.
  15. Бонгард-Левин Г.М., Герасимов А.В. Мудрецы и философы древней Индии. М., 1975.
  16. Бонгард-Левин Г.М., Ильин Г.Ф. Индия в древности. СПб., 2001.
  17. Бонгард-Левин Г.М. Древняя Индия. История и культура. СПб., 2001.
  18. Бонгард-Левин Г.М., Грантовский Э.А.. От Скифии до Индии. М., 1983.
  19. Бэшем А. Чудо, которым была Индия. М., 1977.
  20. Дюмезиль Ж. Верховные боги индоевропейцев. М., 1986.
  21. Древняя Индия. Историко-культурные связи. М., 1982.
  22. Древняя Индия. Язык. Культура. Текст. М., 1985.
  23. Законы Ману. Манавадхармашастра. М., 2002.
  24. История и культура древней Индии. Тексты. М., 1990.
  25. Индия древности. М., 1964.
  26. Кёйпер Ф.Б.Я. Труды по ведийской мифологии. М., 1986.
  27. Косамби Д. Культура и цивилизация древней Индии. М., 1968.
  28. Культура Древней Индии. М., 1975.
  29. Камасутра. М., 1993.
  30. Кузьмина Е.Е. Откуда пришли арии? М., 1994.
  31. Кудрявцев О.В. Псевдоаррион. Плавание вокруг Эритрейского моря// Кудрявцев О.В. Античные писатели об Индии. Вестник древней истории. 1940. №2. С.264-281.
  32. Маккей Э. Древнейшая культура долины Инда. М., 1952.
  33. Мифы древней Индии (литер. изложение В.Г. Эрмана и Э.Н. Темкина). М., 1975.
  34. Мифы народов мира: в 2-х т. Т М., 1994.
  35. Медведев Е.М. Очерки истории Индии до XIII века. М., 1990.
  36. Немировский А.И. Мифы и легенды Древнего Востока. М., 1994.
  37. Огибенин Б.Л. Структура мифологических текстов «Ригведы». М., 1968.
  38. Ольденбург С.Ф. Культура Индии. М., 1991.
  39. Пандей Р.Б. Древнеиндийские домашние обряды. М., 1982.
  40. Ригведа. Мандалы I-IV. М., 1989.
  41. Ригведа. Мандалы V-VIII. М., 1995.
  42. Ригведа. Мандалы IX-X. М., 1999.
  43. Ригведа. Избранные гимны. М., 1989.
  44. Религии Древнего Востока. М., 1995.
  45. Религиозные традиции мира: В 2-х т. Т.2. М., 1996.
  46. Семенцов В.С. Проблемы интерпретации брахманической прозы. М., 1981.
  47. Столепестковый лотос: Антология древнеиндийской литературы. М., 1994.
  48. Сыркин А.Я. Некоторые проблемы изучения упанишад. М., 1971.
  49. Санскрит и древнеиндийская культура. М., 1974.
  50. Темкин Э.Н., Эрман В.Г. Мифы Древней Индии. М., 1982.
  51. Упанишады: В 3-х кн. М., 1992.
  52. Швейцер А. Возникновение миро- и жизнеотрицающего мировоззрения в индийской мысли // Швейцер Альберт. Мировоззрение индийских мыслителей. М., 2002.
  53. Швейцер А. Учение упанишад // Там же.
  54. Швейцер А. Позднебрахманистское учение // Там же.
  55. Швейцер А. Брахманистское мировоззрение в книге «Законы Ману» // там же.
  56. Шарма Р.Ш. Древнеиндийское общество. М., 1987.
  57. Шилов Ю. Прародина ариев. Киев, 1995.
  58. Шохин В.К. Брахманистская философия. М., 1994.
  59. Шпажников Г.А. Религии стран Юго-Восточной Азии: Справочник. М., 1980.
  60. Щетенко А.Я. Первобытный Индостан. М., 1979.
  61. Энциклопедия сверхъестественных существ. (Сост. К. Королев). М., 1997.
  62. Эрман В.Г. Очерк истории ведийской литературы. М., 1980.

Суровягин С.П.

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

Блог на WordPress.com. Тема: Baskerville 2, автор: Anders Noren.

Вверх ↑

%d такие блоггеры, как: